Чертовка

– Милорд! – воскликнула Алетта, захваченная врасплох. Разве такое серьезное дело совершают мимоходом? – Она взглянула на дочь. Взгляды всех присутствующих тоже обратились к Изабелле.

А Изабелла Лэнгстонская не сводила глаз с лица Хью Фоконье. Ее удивил его поступок, но в дымчатых серебристо-голубых глазах Хью читался вызов. И легкая, едва заметная улыбка в уголках его рта доказывала, что он все прекрасно понимает. Он просто дразнит ее, да еще с таким самодовольством! Изабелла хотела было вспылить и показать им всем, чего стоит, но не стала этого делать.

С тщеславием, которого она сама от себя не ожидала, Изабелла окинула взглядом свой наряд. На ней была ярко-зеленая туника с золотой вышивкой и сине-фиолетовая юбка. Тунику поддерживал на талии серебряный с золотыми нитями пояс. Густые волосы Изабелла как обычно заплела в длинную косу. Ей хватило нескольких мгновений, чтобы оценить, как хорошо она сегодня выглядит. Снова взглянув на Хью, она сказала:

– Думаю, милорд, это отличная идея – обвенчаться сегодня, с первым светом дня.

Не в силах сдержать улыбки, Хью протянул ей руку и привлек к себе.

– Вы слышали, что сказала миледи, святой отец. Давайте же приступим к обряду, а прихожане станут свидетелями этого торжественного события, в честь которого я откладываю начало дневных работ.

– Где мой документ? – внезапно спросила Изабелла.

– Я попрошу отца Бернарда написать его сразу же после того, как мы совершим таинство брака, красавица моя. Ты доверяешь моему слову?

– Да, милорд, – ответила она.

И на глазах ошеломленной матери и прихожан Изабеллу Лэнгстонскую связали узами брака с Хью Фоконье по велению короля и согласию обеих сторон.

– Вы можете поцеловать свою невесту, милорд, – сказал отец Бернард.

Изабелла думала, что он лишь слегка коснется губами ее губ, как прошлым вечером.

– Ну а теперь, госпожа жена моя, – спокойно произнес Хью, – не пора ли нам разговеться?

– Да, господин муж мой, – ответила она с таким же самообладанием.

– День вашей свадьбы должен был быть особым, – ворчливо сказала дочери Алетта, когда они сели за стол.