Помочь можно живым. Сборник рассказов

На выдохе его пыхтенье переходило в рык.

– Болванка-то свинцовая, не иначе, – сказал Шибень.

И действительно, в лунном свете на поверхности бруска металлическим блеском отливали следы, оставленные клыками свирепня.

Отдышавшись, зверь снова ухватил зубами болванку и, поминутно проваливаясь сквозь крепкий наст, потащил ее к лесу.

Таких брусков немало можно было накопать в округе: остались от недостроенных убежищ, брошенных бункеров и просто в погребах и подвалах живших здесь когда-то, говорят, еще до войны, людей.

Тогда все старались натащить домой побольше свинца. Наверное, думали, что это их спасет…

Бруски пригодились много лет спустя, когда в домах остались одни истлевшие скелеты, а люди, впервые осмелившиеся выглянуть из убежища, стали рыть Город, чтобы жить в нем хотя бы летом. В то время как раз начались набеги зверей из леса, и бруски стали собирать и использовать для строительства стены. Их укладывали в фундамент и просто в кладку – куда придется. Наверное, зарыли и под воротами, чтобы не вышло как-нибудь подкопа…

Сторожа глядели вслед свирепню, пока его черная туша не слилась с темной полосой леса.

– И зачем ему эта болванка? – спросил Мозгляк.

– Известно, зачем, – ответил Дед, – грызть будет. Видал, как на Большой Яме колпак изгрызли? Теперь весь зверь такой пошел: свинец грызут, некоторые светиться могут. И болезни от них.

– Что же это теперь будет? – Мозгляк сел на дощатый настил и, кутаясь в шкуру, все качал головой. – Скоро совсем за ворота носа не высунешь.

Как жить-то дальше? Околеем мы тут, за стеной…

– Околеем, – задумчиво произнес Дед, – за стеной непременно околеем. Но я вот все думаю: откуда в наших краях свирепень? Ведь год еще назад и следу не было, никто и не слыхал про такого. Откуда же он взялся? Не из-под земли же вылез эдакий зверюга! Опять же возьмем быкарей. Эти, наоборот, пропали. А какое стадо было! Спрашивается: куда оно делось?

– Померзло, – сказал Шибень, натягивая рукавицы. Палица лежала у его ног.

– Как же тебе, померзло! – затряс бородой Дед.

 – Раньше морозы-то посильней были, это уж последние лет тридцать потеплело, а то всю зиму в подземелье сидели, одними старыми припасами перебивались. А быкарь и тогда был, ходы под снегом делал, кору глодал, но пасся – переживал зиму. Голов в тысячу стадо было, не меньше…

– Да разве же непонятно, – заныл Мозгляк, – свирепень их пожрал всех до одного! И до нас доберется!

– Так-таки все стадо и пожрал? – усмехнулся Дед.