Невеста – такая работа

Алиса довольно улыбнулась: элентороп, скрытый в недрах ее чемодана, новое изобретение ее мира, находившееся в разработке у спецслужб, сработал как надо. Тролль полностью поддался внушению.

Жених появился в спальне минут через десять после этого. Одетый в домашний темно-серый костюм, теплый, сшитый из шерстяной ткани, он явно был недоволен ситуацией.

– Мне передали, ВЫ желаете меня видеть, – выделив голосом «вы», едко заметил он.

– Правильно передали, – чуть надменно кивнула Алиса. – Присаживайтесь.

Глаза жениха снова сверкнули, на этот раз – ярко-фиолетовым.

– Вы не ошиблись? – было заметно, что он с трудом сдерживал свою ярость. – Вы не имеете права мне приказывать!

– Полукровка, – задумчиво отметила Алиса. – Странно, что в анкете это не указано.

Жених сжал кулаки и зарычал.

Алиса удивленно вскинула брови:

– Вы же стабильны. Откуда такая реакция? Или я наступила на больную мозоль?

Рычание прекратилось. Свечение из глаз исчезло.

– Стерва, – сообщил жених чересчур спокойно, садясь в кресло напротив Алисы.

– Вы вроде стерву и заказывали, – пожала плечами Алиса. И добавила. – Не люблю сюрпризы. Особенно неприятные. Другие расы и полукровок указывают в анкетах всегда. Это правило моего агентства. И мне не нравится, что в этот раз правило было обойдено.

– Почему? К чему вам знать, какой я расы?

Алиса несколько секунд поколебалась, потом кивнула на чемодан.

– Там – различного рода инструменты, если можно их так назвать.

То, что подходит для одной расы, не годится для другой. Полукровки бывают стабильными, как вы, и нестабильными. В последнем случае контракт обычно не заключается. Жизнями «невест» по пустякам не рискуют. Поэтому мне важно знать, кто является троллем в вашей семье: отец или мать?

– Отец, – жених дернул плечом, показывая, что ему эта тема неприятна. – Дальше что?

– Ничего, – качнула головой Алиса. – Будем продолжать сотрудничество.

Глава 10

О, вслушайся, – Флора вздохнула глубоко

И роза открыла прелестное око.

Дыханья вечернего чист аромат,

В наряде лучистом блистает закат.

Давай устремимся к укромным полянам,

В тенистые чащи, где в сумраке пьяном

От пения фей чуткий воздух дрожит

И сильф над закатным сияньем кружит.

Когда же тебя одолеет истома,

На ложе из трав отнесу невесомо.

Присяду в изножье, любовью дыша.

В нежнейших словах изольется душа.

Джон Китс.