Бастард императора

В конце концов, она – историк, знала, куда отправляется, тщательно изучила эту эпоху и возможные последствия своего пребывания здесь. Просто сдали нервы. Ничего страшного. Совсем скоро Вика придет в себя. И завтра уже забудет обо всем, как о страшном сне. Не было ничего. Ничего не было. Просто дурной сон, и все.

Так она уговаривала себя до конца дня. Никуда не выходила, сидела в своей спальне, много думала. И старалась забыть не только о сволочном поступке в край обнаглевшего хозяина замка, но и о бастарде, который, она была уверена в этом, наблюдал за «общением» наглого дворянина и сильного мага.

Вика не знала, видел ли бастарда Аурелиус. Сама она решила об этом не рассказывать. Да, ничего странного. Но так будет лучше для всех. Один идиот перепил, и все. Ничего. Всяко бывает. Никаких свидетелей.

Главное, самой в это поверить.

– Ах, Вилли, посмотри, какая прелесть! Эти цветы чудесно пахнут! А птицы! Как они поют, – заливалась не хуже соловья успевшая достать Уильяма до печенок Лорена ронт Щарская.

Цветы не пахли. Птицы не пели. По крайней мере, не для Уильяма. Ему было не до того – все сильней хотелось придушить эту самонадеянную идиотку. Но он терпел изо всех сил. Только старался зубами не скрежетать – не дай боги Виктория услышит. Она сидела неподалеку от него и о чем-то неспешно разговаривала со своим дядей.

После бала прошло двое суток, высшее общество успело отдохнуть, отоспаться, отъесться и теперь выползло на природу, под теплое солнышко, всем составом, прихватив слуг.

Неподалеку от замка располагались владения хозяина замка – многочисленные поля и луга. Сочная густая трава последних часто служила для отдыха местной знати. Именно там обычно устраивали обеды на свежем воздухе те, кто «желал приобщиться к природе». Вот и теперь они соизволили отобедать на свежем воздухе. Для этого отправили сюда сразу после завтрака чуть ли не дюжину слуг. Те расстелили теплые толстые пледы для господ, поставили шатры от солнца, к нужному времени расставили на пледах тарелки с провизией.

Уильям шел рядом с визгливой дурой Лореной. Всю дорогу он вынужден был слушать ее болтовню, послушно кивал, даже не вдумываясь в слова. И при этом старался как можно реже смотреть в сторону Виктории – игнорировать ее совсем не получалось.