Бастард императора

Особенно у мужчин.

– Сейчас мы приедем в пункт назначения, – продолжал между тем Аурелиус, – нам отведут комнаты. И уже там я подробно вас проинструктирую: с кем и о чем говорить, как себя вести и чем заниматься в свободное время.

Теперь уже кивнула Вика. Как скажет. Она, конечно, не думала, что запомнит все и сразу. Но дополнительная информация, естественно, никогда не помешает.

– Долго еще ехать? – спросила она, откинувшись на спинку сиденья.

– Минут пятнадцать.

Отлично. У нее есть время немного расслабиться.

– Ах, Вилли, как жаль, что ты рожден вне брака, – томно протянула Лорена ронт Щарская, полная невысокая брюнетка лет сорока. Жена графа Кристиана ронт Щарского, мать четырех детей, бабушка двух внуков, она являлась лучшей подругой Дейдры ронт Валтайской, хозяйки замка. Приехала погостить на пару дней, жила уже вторую неделю и не особо рвалась возвращаться к опостылевшей ей семье. Лорена вела распутную жизнь и любила мужчин, причем помоложе. – Я отдала бы за тебя младшую дочь.

И мы встречались бы с тобой чуть ли не каждый день. Уверена, она не была бы против.

Младшая дочь Лорены, Синди, была умалишенной. Небуйная, некрасивая, безумная, она могла сутками сидеть в кресле, уставившись в стену. Молчала и смотрела перед собой. Естественно, никто не хотел с ней связываться, даже бедные бароны. И родители давно смирились с мыслью, что их ненаглядная Синди останется на их шее до конца жизни.

– Я польщен, ваша светлость, – Уильям говорил спокойно, без малейшей иронии.

Именно таких слов от него, бастарда, и ждали. Как же, такая честь – возможность породниться с именитой и относительно богатой семьей. А то, что жена безумна, так это пустяки. Главное – частые постельные игры с ее матерью.

Уильям почувствовал непреодолимое отвращение и к Лорене ронт Щарской, и к ее мужу, прекрасно знавшему, где и чем занимается жена. Да, он знал, потому что сам в это время тоже предавался разврату, только с молоденькими крестьянками в одной из подвластных ему деревень.

Обычная практика среди аристократов, которых связывало друг с другом только нажитое вместе состояние.

– Вилли, – Лорена между тем поднялась из своего кресла возле горевшего камина, протянула руки, и Уильям встал со своего места на диване, уже зная, что от него потребуется, – здесь так холодно. Я замерзла. Проводи меня в спальню.

Холодно у горевшего камина не было и быть не могло. Даже Уильям, сидевший чуть дальше, чувствовал жар огня.