Икона из скита

Человек огромного роста, с густой рыжей шевелюрой, широким конопатым лицом, редкими зубами и с кулаками, как кувалда. – Какой я тебе господин, я тебе гражданин начальник! Столько лет в лагере ешь баланду, к десяти годам как подходит, а так и не научился говорить по-русски, все гутен так? Наверно, на лесосеку захотел к блатным поближе. Могу организовать, там русскому языку быстро подучат, заодно и японскому. Давай заходи, гутен морген (доброе утро), и садись поближе, шпрехать (разговаривать) будем.

– Говорить я-я? – и сел на стул напротив начальника.

– Будет тебе я-я и же-же вдогонку. Знаешь, что такое же-же? Объяснить?!

Курт выпучил глаза:

– Найн, найн, (нет, нет), не надо же-же!

– А-а! Испугался! Ну а если не надо же-же, то ты мне, немчура, «Ваньку Лысова не валяй», лучше меня знаешь русский язык. Садись, что стоишь как истукан, чайку выпьем, никак ты у меня в лагере работаешь «Гитлером».

– Гитлер капут, я Кляйн, – ответил заключенный, все время улыбаясь.

– Кляйн, Кляйн, удивляюсь, как ты с такой фамилией стал в лагере «Гитлером», ума не приложу.

Кляйне майне поросенок через поле ляуфен, – выговорив зэковскую поговорку.

– Что, Сильвестр Карпович, моя помощь понадобилась, без меня и хлеб без масла? – Курт произнес слова уже на чисто русском языке с чуть заметным акцентом.

– Ишь как, немчура, смело заговорил! Быстро русскому языку обучился, значит, не хочешь к блатным на лесосеку? Что глазами сверлишь?

– Найн, найн Гитлер капут!

– Гитлер капут! Гитлер капут! Никак Сталинград снится, так он у тебя уже позади, – а сам взял с плитки чайник и стал разливать в стаканы чай и тут же прекратил улыбаться.

 – Ладно, Курт, давай шутки отложим на потом вопрос серьезный, касается нас с тобой. Ну, что там у тебя в «вермахте» золотишко коробчим потихоньку?!

Если бы посторонний человек слышал разговор начальника лагеря с осужденным пленным немцем, не поверил бы своим ушам – такого не может быть, по сути. Так шутливо могут разговаривать только закадычные друзья.

На самом деле у них и была дружба, и она длится несколько лет. Это когда начальник лагеря организовал хищение золота с прииска осужденными немцами, выбрав среди них старшего Курта Кляйне по кличке Гитлер. Он и был похож на настоящего Гитлера, только ростом повыше, долговязый, но это ему не помешало заиметь звучную кличку.

– В этом месяце грамм триста отсеяли, больше никак не получится – вертухай мешает, возле нас крутится и крутится, побаиваемся мы его.