Ящик Пандоры

– Я…

Договорить невозможно.

…убил человека.

– Я выставил себя чудовищем при сотне зрителей, я должен был показаться им смешным. Это был очень болезненный момент.

– Не преувеличивай. Может, ситуация и была неловкой, но это всего-навсего гипноз. Зрелище. Помнишь, перед тобой мужчина стоял на четвереньках и изображал собаку, женщина сказала, что в зале сидят похитившие ее инопланетяне, еще одна, не сгибая спины, удержала равновесие между двумя стульями. Гипноз есть гипноз. Никто тебя не осуждал. Все понимали, что присутствуют при новом эксперименте с участием человека, храбро согласившегося на роль в представлении.

Он следит за дверью, из которой могут появиться полицейские, но видит только других учителей, отдыхающих после первой в учебном году встречи с учениками.

– Я должен кое-чем с тобой поделиться, Элоди. Теперь я знаю, почему люди не помнят свои прежние жизни. Потому что прежняя жизнь может испортить нынешнюю. Побывав в шкуре солдата Первой мировой войны, я… В общем, я здорово понервничал.

– Я видела.

– У меня была бессонная ночь.

Она вопросительно приподнимает бровь:

– Только не говори, будто веришь, что действительно пережил одну из твоих прежних жизней, Рене!

– Буддисты в это верят. И древние греки верили.

– Мистические писания возрастом более двух тысяч лет!

– А Талмуд? Сейчас найду. Вот! Перед выходом новорожденного из материнского чрева ангел касается его верхней губы и говорит: «Забудь», чтобы дитя не тревожили воспоминания о его прежней жизни.

– Как мило! Но это всего лишь легенда.

– Из-за этого регрессивного гипноза я пересек запретную границу. Оттуда вылезло… чудовище. Теперь оно сидит во мне, и я над ним не властен.

Коллега, учитель-естественник, пристально на него смотрит, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

– Сходим за едой, – предлагает она.

Они встают в хвост очереди. Элоди пытается сменить тему:

– Как ты поладил с новыми учениками?

– Не знаю, как сформулировать первое впечатление… Давай попробую: они слышат, но не слушают, видят, но не смотрят, знают, но не понимают.

– Здорово же ты разочарован! Я тебя не узнаю. Ты говоришь как старый реакционер.