Звездная бабочка

А промышленник понюхал вино, пригубил раз-другой и продолжал:

– Так вот, с учетом того, что расстояние до цели составляет 20000 миллиардов километров, а ваш парусник пролетает за год 20 миллиардов километров… тут и считать-то нечего… на весь перелет у нас выходит, гм, тысяча лет.

Ив Крамер не мог взять в толк, куда клонит магнат. Тот показал ему записную книжку с вычислениями. И ученый одобрительно кивнул.

– Выходит, целое тысячелетие. А человек в добром здравии способен прожить, кажется, лет сто. Как же вы намерены решить эту задачу, уважаемый господин Крамер? Может, с помощью гибернации?

– Нет.

– Я весь внимание.

– На борту космического корабля должно смениться несколько поколений, – выложил он. – Женщины будут рожать детей, дети потом будут совокупляться и производить свое потомство.

Магнат раскурил сигару.

– И вы не боитесь наплодить кучу маленьких выродков? Впрочем, любовь между братьями и сестрами – не такая уж дикость с точки зрения генетики.

– А с чего вы взяли, что речь идет лишь об одной паре? Я думал взять побольше.

– Сколько же? Две? Три?

– …Тысячу.

На сей раз Макнамара не мог скрыть раздражения.

– Тысячу космонавтов? Или тысячу мужчин и тысячу женщин?

– Тысячу мужчин и тысячу женщин.

Миллиардер выпустил облако сизого едкого дыма.

– Неплохая будет компания. И она поместится в одной ракете?

– Думаю, и сам корабль должен быть немаленьким.

Тут Габриель Макнамара подумал: может, этот инженеришка просто сумасшедший? Неужели он действительно верит, что из двух тысяч человек хотя бы кто-то одолеет расстояние 20000 миллиардов километров? «Уж коль травиться, так до конца», – подумал он.

От никотина у него по спине пробежала легкая дрожь, нервы напряглись. Похоже, сужение кровеносных сосудов ускоряет мыслительный процесс.

Он рассудил так: «Я теряю время: раз уж этот проект зарубили его дружки-эксперты по Космическому агентству, значит, он и впрямь бредовый. Ну и черт с ним».

Миллиардер уже было собрался встать, но что-то его удержало. Наверное, состояние инженера. Обычно сумасшедшие действуют решительно. Этот же сомневался. А сомнение Макнамара считал знаком относительности восприятия мира. Ни в чем нельзя быть уверенным.