Изменник нашему времени

Индульгенция в виде справки от укоризненных взглядов начальства и коллег никак не защищала, зато не надо было думать о премиях – в позитивном ключе, разумеется, место в очереди на жильё – всегда последним. Подавляемый в себе ропот негодования маленького человека с его, т. е. моим, аттитюдом стал стимулом к пропозициям с философской коннотацией, ведь философия – это вербализованная реакция на имманентную уязвимость биологического и социального гомеостаза мыслящего гоминида. Люди вокруг с высшим образованием, и они не могли не дивиться услышанным сентенциям, культурологическим пассажам среднего технического работника, – «курилка» замирала, ожидая очередного зажигательного спича или эпиграммы на менагеров.

Начальник отдела на ярмарке тщеславия среди коллег, похвалявшихся кто великолепием дендрария, кто артистическим коллективом, художественным убранством мастерской, достижениями в спорте, мог теперь сказать: «А у нас есть Воскилёв», – и это катило, в смысле котировалось на уровне цветения кактуса, танцев латино, преодолеваемой стайерской беговой дистанции.

Укрепление общих позиций фундаментально не меняло впечатления, что тебя держат отчасти из милости, а в общем, просто сохраняют за отделом штатную единицу. Напоминает ситуацию при побеге каторжников, берущих с собой одного втёмную, в качестве супового набора; меня, на самом деле, беглецы не взяли б, никаких протеинов – только мозговая кость.

***

Шеф, получив гарантию не решаемости проблемы фасадной плитки, ничем не рискуя, подзывает меня и делает во всеуслышание предложение: решишь, мол, – отдам за тебя дочь, а у него было только два сына, – коварство просматривалось с самого начала – расстрельное поручение! Про женитьбу – это, конечно, всего лишь аллюзия, но прибавку обещал буквально.

А откуда ему было знать, что я тренирую мозг за ширмой кульмана задачами абстрактной природы: крохотульками прозы и посягательством на большую поэзию, передвигаю в уме шахматные фигуры, а в восьмом классе – последнем пребывания в школе – решал задачи быстрее, чем они были представлены на доске?

Алгоритм решения методом подбора, с которым меня бегло познакомил когда-то воспитанник интерната при МГУ, доля здравого смысла, незашоренность, задор молодости, возможность сатисфакции длительно ущемляемому чувству собственного достоинства, стали, как писали в передовицах, составляющими успеха.

Эврика! Новое золотое сечение пропорций, альфа красоты до омеги целесообразности – всё это «Модулёр Воскилёва».