Праздник мёртвой листвы. Киноновеллы

Дома на диване! А сейчас – выполняй приказ!

– На болт мне эти скачки? Там климат иной…

– С таким настроем ты и там не будешь нужен. Делай, что говорю. – Инструктор похлопал его по спине. – Ладно, отдохнул малость. Теперь – вперед! По-шел! – И резко толкнул в спину.

Боец глубоко вздохнул. Набрал побольше воздуха и побежал следом за товарищами.

Лысенко бежал наравне со всеми. Внезапно дорогу ему перегородил выплывший из пелены дождя автомобиль. Он насторожился. Но из кабины выглянул Путилин:

– Садись!

Они отъехали от тропы, укрылись под деревьями.

– Тебе не жалко этих ребят? – Спросил Путилин.

– Не размокнут, не сахарные.

– Я не о том.

– О чем же?

– Что их ждет впереди?

– А что их ждет через десять-двадцать лет? Когда они полностью утратят форму? Нищенская зарплата. Затрапезные шмотки. Голодный взгляд стариков. Поход в коммерческий магазин – праздник.

– А ты хочешь их облагодетельствовать?

– Во всяком случае, даю им шанс на нормальную жизнь! А ты мне мешаешь. Везде суешь нос.

– Не кипятись, Шурик. Вспомни: «Есть такая профессия – Родину защищать».

– Чепуха! Родину растащили на части старые партийные пердуны, когда мы там воевали. Каждый живет для себя. А ты прикрываешься политруковской болтовней.

– Для меня это не болтовня. Это стержень. Без него мир рухнет!

– Он уже рухнул! Мы все живем под его обломками. Задыхаемся! А ты не хочешь этого замечать. Ты и на лапу не берешь, потому что трясешься за свое положение.

– Посмотри, в кого ты превратился! Уже ни во что не веришь.

– А тебе какое дело?

– Хочу шанс тебе дать.

– Оставь его себе. Я никогда, слышишь, ни-ког-да не буду стукачом! Легавый! – Лысенко вылез из машины и с силой хлопнул дверцей.

В мастерской Нилы Белан, облокотясь на валик дивана, сидела вызывающе красивая женщина – артистка Жанна Самарина. Нила сидела в кресле напротив нее, по другую сторону стола, и делала наброски в альбоме.

– И этот автобус, старенькая дребезжащая «Кубань», – говорила Жанна, – становится настоящим благом.

– А пыль? Жара? – Не отрываясь от работы, спросила Нила.

– А-а, – отмахнулась Жанна. – Но самое главное, конечно, публика. Доверчивая и благодарная провинциальная публика. Наш зритель! Они до отказа заполняют зал с неудобными скамейками.