Не гаси свет

– С удовольствием, – согласился полицейский.

Час спустя они осмотрели мастерские – в одной ремонтировали велосипеды, а в другой обучали шелкографии. Сервас ожидал встретить в центре незаконных эмигрантов из Африки, но увидел беженцев из Грузии и Ирака, впавших в нищету работяг, безработных, студентов и супружескую чету молодых элегантных шриланкийцев, говорящих на тягучем английском. А еще детей в добротной зимней одежде, собиравшихся в школу.

– Все, что вы видели, может быть похоронено в самое ближайшее время, – сказал директор центра, садясь в старое продавленное кожаное кресло у выходящего во двор окна, когда они закончили осмотр.

Майор устроился в другом кресле напротив него. Ему было хорошо известно, что нелегалов отлавливают и высылают на родину в любое время года и даже перед Рождеством.

– Итак, вы пришли из-за Селии? – вспомнил его собеседник.

Дылда с лицом юноши смотрел на сыщика без враждебности, но его пристальный взгляд смущал Серваса.

– Да, – подтвердил полицейский.

– Что вы хотите узнать? Я думал, дело закрыто…

– Верно.

На лице директора отразилось недоумение.

– Я пытаюсь понять, какие обстоятельства довели Селию Яблонку до самоубийства, – пояснил его гость.

– Зачем? С каких это пор полицию волнуют подобные проблемы?

Умный вопрос.

– Скажем так: остались непроясненные моменты…

Сервас, само собой разумеется, не собирался признаваться, что заинтересовался давней историей после того, как получил по почте электронный ключ от номера люкс.

– Что вы называете «непроясненными моментами»? – уточнил директор.

– Расскажите мне о ней, – попросил Мартен, проигнорировав этот вопрос. – Как долго вы общались? Вам не показалось, что ее поведение внезапно изменилось?

– Я об этом не думал, но теперь, когда вы спросили… – Его собеседник достал из кармана брюк пачку коротких сигарилл, зажал одну в зубах и предложил Сервасу: – Хотите? Нет? Ну и правильно.

Он чиркнул спичкой и поднес ее к сигарилле – так, чтобы пламя едва касалось ее. Затем покрутил сигариллу в узловатых пальцах, чтобы та прогрелась, и сделал несколько затяжек:

– Ммм…

Он открыл окно, и ледяной ветер зашвырнул в комнату несколько мохнатых хлопьев снега.