Убей меня своей любовью

Лиепа умела найти контакт с любым человеком и, всегда полная активности, имела в запасе множество действий, идей и планов. Заслуженно мы ее называли «Ангелом». К тому же, она была единственной из компании, кто уже успел стать родителем. У нашего «Ангела» рос сын, отец которого для всех оставался тайной, тщательно охраняемой за семью печатями. Ее не ведала даже самая близкая подруга Лея. Способности, дарованные Лиепе, противопоставлялись внешнему облику: девушка могла перемещать на большие расстояния огромные предметы.

В мгновение ока земля под нами задрожала, и мы поняли, что здание стало медленно подниматься. Штукатурка посыпалась с потолка и стен. Казалось, сейчас всё рухнет и придавит своим весом до смерти, но несколько минут спустя мы благополучно в целости и сохранности опустились на землю. Следующим продемонстрировал способности 28-летний Матас, которой обладал даром чтения мыслей, также мог предугадывать помыслы и задумки людей, даже если они до тех ещё не додумались. Он, наверное, знал о нас больше, чем мы сами, но никогда не использовал эту информацию, как оружие, а дипломатично скрывал. На вид парень казался великаном: высокого телосложения и крупного роста, но ласковый и добрый внутри. Хоть с девушками ему не особо везло по жизни, но тот не отчаивался и верил, что настанет день, когда он встретит вторую половинку. Матас показал способности, прочтя мысли каждого из нас, чем вызвал больше недовольства, чем радости, но всерьез на него никто не обиделся. Возле Матаса стояла Эмилия, 27-летняя черноволосая и кареглазая красавица. Может, от того, что девушка раньше работала следователем, на вид она выглядела суровой, строгой и неприступной, не любившей слабости мужчин. Ее характер считали довольно сложным. Найти с Эмилией общий язык представлялось задачей не из легких. Она терпеть не могла критику и всякое сюсюканье, говорила всегда по делу и апеллировала только фактами. Всё же девушка сумела гармонично влиться в нашу компанию и влюбить всех в собственную натуру, хоть и воспринималась единогласно несносной и нестерпимой благодаря темпераменту. Эмилия, или, как называли её мы между собой, Миля, могла исцелять на теле любые раны и повреждения: как внешние, так и внутренние. Владела она и способностью воскрешения из мёртвых, хотя точнее сказать из «полуживых». Если мозг пострадавшего не умер и его деятельность, пусть даже в виде слабых импульсов оставалась активной, тогда исцеление не составило бы для Мили никакого труда.