Россия – живая душа. Уральская поэзия

Деревни дидактический сюжет,

Поля и копны скошенного сена

Читаю я, не трогая лорнет,

Отчётливо, степенно.

Кадильные туманы над рекой

Перебрались в ухабистые веси,

И бытие насущного всего

Читается в развёрнутом разрезе.

Видна синонимическая связь

В гармонии тонов, цветов и вкусов.

Плетёт евангелическую вязь

Молчанья ангел, как сказал бы Брюсов.

***

Я люблю вас, поймы

Рек в шелках тумана,

Осени альбомы,

Добрая поляна…

День люблю вчерашний

С запахом подзола,

Где стоят, как башни,

Скалы – птичья школа.

Я люблю пичуги

Детские кларнеты,

Мир, где жизни звуки

Тянут руки к свету.

Ручейки

Распускаются цветы,

Дымка серебрится,

И в окрестные сады

Залетает птица.

Оживают ручейки

И бегут по грядке,

Словно две простых строки

По моей тетрадке.

Добрый день, весна моя,

Я уже проснулся

В новом плане бытия,

Где порхает муза.

Я вздыхаю – хорошо —

Небу рад, истоку,

И за всё, что есть ещё,

Благодарен Богу.

Уроки

Во мраке спозаранку

Сквозь отблески сапфира

Взгляну я на изнанку

Нутра картины мира.

Души моей зарницы —

Глубокие томленья

Прилягут на страницы

В тени уединенья.

Мне б в жизни – Божьей школе

Освоить все уроки,

Учась господней воле,

Открыть её дороги.

Я наполняюсь

Я наполняюсь лесом,

Шелестами страниц,

Принадлежащих пьесам

Листьев, ручьёв и птиц.

Я наполняюсь замком

Из бастионов-скал

В зыбком краю и зябком

Древних озёр-зеркал.

Я наполняюсь веком

Тем, что течёт внутри

Каждого птичьим эхом

На рубеже зари.

Над Смоленском

Закат позолотил бугры асфальта,

Редея в небе пасмурном и сиром,

Свечою тлея и спекаясь смальтой,

Поблёскивая в дождике пунктиром.

Светило захлебнулось перелеском,

Смарагдом, анемоной, сочной глиной,

И облака, сгрудившись над Смоленском,

Чуть отдают былиной лебединой.

Стиль

Картины стиль моей размашист,

Как по Шекспиру – всё игра,

В которой каменную тяжесть

Я оставляю во вчера.

Я обнимаю мир, изгнанник —

Бродяга – странствия поэт,

И наливаю в шестигранник

Невыразимых снов букет.

***

Кольчуга храма – выцветший лемех

В играющей водице серебрится,

Как Вышнего чешуйчатый доспех,

Как в вечность опрокинутая птица.