Лютая охота

– Что?

– Первое, что сказала доктор Фатия Джеллали: это все охотничья луна.

На лице Шабрийяка появилось выражение полного обалдения. Тогда Сервас вкратце обрисовал то, что случилось вечером. Не было нужды ни в каких особых подробностях, потому что у всех и так глаза полезли на лоб, когда он поведал об ожившем мертвеце. И снова за столом зашумели, раздались возгласы изумления. И не надо было слишком стараться всех поразить, когда он объяснил, что слово ПРАВОСУДИЕ было выжжено на груди у парня тем самым раскаленным докрасна железом, какое показывают в ковбойских фильмах.

Он почувствовал, что все разделили его убежденность, возникшую еще после осмотра тела на шоссе: они столкнулись со злом в его чистейшем проявлении.

– У парня из плеча торчала арбалетная стрела, – продолжал Сервас, – на вид стандартного производства. Ее отправили в лабораторию, чтобы определить, где она была сделана, а главное – кто ее приобрел.

В зале стало так тихо, что можно было услышать, как муха пролетит.

– Арбалетная стрела? – переспросил Шабрийяк.

– Похожий случай был в две тысячи восемнадцатом в Клиши, – вмешался Венсан Эсперандье, который уже успел порыться в интернете и в специальной литературе. – Мужчина выстрелил в голову своему сводному брату из арбалета, который только что приобрел. А еще он купил поперечную пилу, чтобы расчленить тело, морозильную камеру на шестьсот литров, чтобы его туда засунуть, и бромазепам, чтобы усыпить жертву, перед тем как убить. Еще один случай произошел в Германии в две тысячи девятнадцатом, в прелестном отеле в Пассау, – продолжал он.

 – Мужчина и женщина, распростертые на постели, одетые во все черное, держась за руки, были пронзены арбалетными стрелами. В той же комнате на полу обнаружили тело третьей жертвы, тоже женщины, со стрелой в шее. А в шести километрах оттуда, в квартире третьей жертвы, нашли безжизненные тела еще двух женщин. Просто детективный роман. Есть еще случай: супружеские разборки в две тысячи девятом году в Нормандии…

– Все это только подтверждает гипотезу охоты, – сказала Самира.

 – Для них он был дичью…

У Серваса начало покалывать в затылке, и сердце вдруг заколотилось. Он с содроганием подумал о тех, кто за этим стоял, и вспомнил, что сказал ему техник тогда на поляне: это были взрослые люди. И с ними три автомобиля. И еще парень, голышом бегущий по лесу. В середине ночи. И Серваса опять передернуло.

– У парня не было шанса, – вдруг сказал он, повысив голос.