Варенье из падалицы

Со стороны «Павелецкой» донесся тяжелый равномерный гул – двигалась новая колонна.

Я вернулся домой, разделся и лег в постель. Жена что-то мне говорила, но я плохо понимал смысл: неведомая сила заставляла меня вслушиваться в то притихающий, то нарастающий до невыносимого грохота рев танков. Он будоражил и вызывал плохо определимую, гнетущую комбинацию чувств. Я зарывался головой в подушку и одеяло, но рев танков находил меня и под одеялом.

«Да я из тебя могу свистков понаделать!»

Трезв, как бутылка нарзана.

На пустынной горной дороге вдруг открылась за поворотом украшенная лепными фруктами и виноградом арка с выпуклой надписью: «Коммунизм неизбежен».

На руку ему легла кружевная тень ее ночной сорочки.

Душа имеет форму тела.

Неправда, что старики равнодушны к моде. Их просторные брюки, круглоносые ботинки, усы и клиновидные бородки – всё по самой последней моде 20-х, 10-х, а то и 90-х годов: в зависимости от возраста.

Тень от носа лежала у него на бледной щеке и, когда он говорил, вздрагивала, как бабочка.

1973

Седой и рыженькая. Его старость простила за молодость ее совсем некрасивое лицо. И оба счастливы.

Терпеть не могу арфу. Булькает.

Откуда-то подул теплый ветер, и зима распустила слюни.

Вагон метро покачивался, свет перемещался, и казалось, что у сидящей напротив женщины бегает по колечку с бриллиантиками голубой и розовый огонек.

Она бросила на него взгляд, легкий, как облачко над вулканом.

Если говорить о необычных ракурсах, то в самом примечательном из них я увидал мир, когда мне было лет одиннадцать и, возясь с ребятами на перемене, я упал на спину и въехал в толпу одноклассниц.

Надо мной во все небо распустились их скрытые обычно от глаз беленькие нижние юбки, в таинственную темноту которых уходили ножки в кремовых чулках.

И мне не хотелось подыматься с пола.

Человек, жующий яблоко, всегда выглядит независимым и счастливым.

Машина с репродукторами прокашлялась и вдруг заорала на всю улицу о правилах перехода.

Металлические крики фазанов.

Сверхчеловеки вечно замахиваются на полмира, а кончают старухой-процентщицей.

С позывами на интеллигентность…

Такое костлявое лицо, что наводило на мысль о конструктивистской архитектуре.

Моральные долги можно отдавать деньгами.

Ветер свистит, как далекие реактивные самолеты.