Граница бури

Мне так нравятся стертые лица непосвященных,

И сплетенные вены стеблей кувшинок в реке,

Расплескался апрель у перил моего балкона,

Ты – условие пульса в моей восковой руке.

Крылья ласточек небо сотрут, как чернила – ластик.

И когда ты устанешь весь мир собой заслонять?

Я тяну свою руку, как главный тихоня в классе,

И ты спросишь кого угодно. Но не меня.

Пока финку не вынут – я вроде и не болею,

Ну, по крайней мере, – живу. Да, есть одно «но»:

Залатать будет некому, равно как и заклеить,

Но какое безумие – мне уже все равно.

Ты идешь, и цепочка следов на снегу – как вена,

Позади задыхается выжженная земля.

А ты видишь лишь стены дешевой своей Вселенной.

Только стены, пусть даже стены из хрусталя.

Ну давай поиграем в это. Я выйду к нищим.

Буду биться о стены. Пальцами их разъять?

Как цунами, застигнет влюбленность – и ватт под тысячу.

У меня развивается мания. Светобоязнь.

Мы на разных концах.

Мои ноги топчут лишь радугу. Но не кровь.

Я умею до гроба только. Вот так учили.

А тихони-отличники помнят всегда урок.

Я один на один с этой черной апрельской ночью.

И, смывая с пустых ладоней холодный пот,

Оседаю тихонько в угол без позвоночника,

Да, животное, всё израненное в живот.

От такого самопознания без наркоза

И без водки даже можно лежать на дне,

Я не знаю правил, свои создавать мне поздно,

А ты людям смотришь в глаза как в дыру в стене.

Буду быстро ходить. Мало думать. Всегда при деле.

Буду тыкаться носом в людей, чтобы меньше жгло,

Совершу революцию, вырасту, похудею.

Мы уже проходили это. Не помогло.

Я лежу на дороге цветком, со стеблем разъятым,

И смотрю на тебя, предвкушая – в твоих висках

Оглушительно будет биться слепая чьятость,

Принадлежность кому-то кроме своих зеркал.

Верлибр

Возьми мою руку

И переведи меня через эту ночь.

Эту ночь, кусающуюся вопросами,

Так и не заданными себе самому.

Твоя легкая тень пусть лежит на моей душе,

Скрывая то, что скрывают все тени.

Извини, я пока не умею прощать,

Но прекрасно умею прощаться.

Я расстелил постель, почему же она

Так похожа на цветок лотоса,

На капкан, что ставит бессонница?

Нет, я даже не грежу о сне,

Он убьет моих монстров.