Грани наших желаний

В течение дня он общался с коллегами, оформлял визы студентам, уезжающим учиться в Россию, а вечером тут же, в посольстве, шёл в бассейн и плавал, получая огромное удовольствие от царящей вокруг него атмосферы и собственной значимости.

Сейчас же, глядя на Глеба, он терялся в догадках: всё казалось ему сомнительным. Утром этот русский говорил, что хорошо провёл время в доме у потерпевшего, теперь – что был там несколько минут. А может, он вообще из наших спецслужб, просто об этом не положено знать?.. Мысль о том, что теперь придется ходить в тюрьму, как на работу, раздражала.

– Ладно, – сказал консул, вставая со стула, – мы назначим вам адвоката посольства, я свяжусь с вашим товарищем в отеле. Будем делать всё, чтобы вам помочь.

Профессионально улыбнувшись, консул вышел из комнаты, снова не попрощавшись.

* * *

Алексей не отходил от телефона. Куда, ну куда мог пропасть Михалыч?! Почему он категорически отказался взять его на встречу, что произошло?! Неизвестность терзала телохранителя плохими предчувствиями.

– Так, – рассуждал вслух, расхаживая по номеру, Алексей. – Неужели черти его похитили? Напали и силой увезли? Или как-то обманули, и он сел с ними в машину? Всё сам да сам, босс чертов! Пропал, а тут голову ломай, чего делать… Давай, давай, звони! – Он схватил телефон в руки. – Давайте уже хоть кто-нибудь звоните!

В дверь постучали.

– Что?! – на русском и очень громко выкрикнул Алексей.

Стук в дверь повторился и был более настойчив.

– Да кто там?! – крикнул он ещё громче, вспоминая, что дверь закрыта.

Распахнув дверь, Алексей еле устоял против хлынувшего потока людей, бесцеремонно заполняющего всё пространство номера.

На английском Алексей говорил плохо. Впрочем, люди, ворвавшиеся в комнату, тоже не отличались чистотой произношения, однако понять, что перед ним полиция и в номере начинается обыск, оказалось нетрудно.

Пока поднимались матрацы, открывались чемоданы и прощупывалась одежда, Алексей сел на стул у окна и, поглядывая с легкой усмешкой на уже вспотевших полицейских, начал строить логические мостики между происходящим в номере и пропавшим шефом.

«Если полиция в номере, значит, – покусывая ноготь, размышлял Алексей, – что Глеб у них. И главное – он избавился от своих трофеев и пистолета, иначе бы они тут не шустрили. Ищите-ищите! – Настроение у охранника становилось игривым.