Царская армия

Утро следующего дня выдалось солнечным. Форма одежды на зарядке была «голый торс», что Вочке особенно нравилось. Вочка самозабвенно гонял историков по кругу, заставляя их подпрыгивать, выпрыгивать, ходить гусиным шагом и, в качестве отдыха, отжиматься. При этом, забывшись, Вочка вовсю называл историков «хилыми», «дряблыми» и «просто дрыщами». Когда дошли до брусьев и турников, в ход пошел мат.

Историки смущенно улыбались и старались изо всех сил. Они будто бы и сами чувствовали свою вину в том, что довели свои тела до такого жалкого состояния постоянным сидением в библиотеке.

Вочка же, со своей стороны, злился на то, что историки не пытаются ему противостоять. Негласный студенческий этикет давно уже был нарушен – Вочка основательно вошел в образ жестокого армейского сержанта и, не стесняясь, во весь голос орал на историков.

Поручик вместе со всеми добросовестно выполнял все предписания Вочки: подпрыгивал, выпрыгивал, выбрасывал руки и ноги, отжимался, не выражая при этом никаких признаков недовольства.

Но на Поручика Вочка никакого внимания не обращал – он был занят самым тщедушным историком, который от усталости почему?то никак не мог толком выпрыгнуть лягушкой. Окончательно выйдя из себя, Вочка обложил этого особенно хилого историка трехэтажным матом:

– Ну что… досиделся за книжками, ботаник?.. – нецензурно орал Вочка. – Ты можешь… хоть одно… упражнение сделать правильно?..

Хилый историк лишь смущенно улыбался, но сил выпрыгнуть лягушкой у него не было.

Внезапно Поручик, сделав необходимое количество отжиманий, быстро подошел к Вочке, будто бы намереваясь всадить ему со всей силы свой маленький кулак прямо в солнечное сплетение (Вочка даже отпрянул), и, глядя снизу вверх, негромко, но отчетливо спросил:

– А почему ты кричишь на моих людей?

Прекратили делать упражнения и другие историки, и даже снизили темп, стараясь подслушать, разминавшиеся неподалеку студенты-физики.

– Что я? – оторопел Вочка.

– Я спрашиваю, почему ты кричишь на моих людей?

– На каких людей?

– На нас, на отделение историков.

– А как они упражнения делают, ты видел? – на долю секунды голос Вочки дрогнул от обиды, как будто бы он и вправду хотел «закалить» историков.

Поручик молчал.

– Ладно, – сказал Вочка. – Зарядка окончена. А с тобой, – Вочка, придя в себя, грозно взглянул на Поручика, – я потом пообщаюсь.

– Да, хорошо, – пожал плечами Поручик. И со стороны даже почему?то показалось, что Поручик сказал: «я к вашим услугам».