Главы для «Сромань-сам!»

На вашем месте стоит призадуматься об иске на возмещение ущерба…

Не дожидаясь пока с меня схлынет очередная волна ошеломлённости, он зашагал вдоль Хай-Стрит, минуя Колледж Университета и угол Мэгпай-Лэйн, а вскоре остановился снова и, что симптоматично, опять таки у столба, но на этот раз через дорогу от Церкви Святой Девы Марии, на беломраморном теле которой, поверх церковных врат, до сих пор темнеют жестокие засосы от пуль «железнобоких» вояк Оливера Кромвеля; слишком далёкие от эстетического наслаждения искусством скульптуры, протестанты устроили тут пальбу в 1649 году.

– Итак, милый Ватсон, мы с вами на месте чудовищного преступления, не так ли?.

Мне в который раз пришлось впадать в удивление, ведь именно по этому поводу и посылал я телеграмму в Лондон на Бейкер-Стрит, а беспрепятственность кровообращения в моих жилах до сих пор не приходила в норму из-за шока вызванного хладнокровным убийством средь бела дня, свидетелем которого невольно пришлось стать и мне.

Не дожидаясь от меня обычных «но как возможно?» или «скажите мне на милость!.

– Элементарно, Ватсон, вы телеграммой назначили мне встречу на Хай-Стрит, а некоторые «бобби» на службе Её Величеству несут её не слишком добросовестно.

Загубник вынутой изо рта трубки развернулся в направлении обрывка привязанной к столбу ленточки из тех, которыми Скотланд-Ярд огораживает акры грунта либо мостовой для сбора окурков и, если повезёт, улик.

– Запах лосьона для бритья и свежий порез на вашей правой щеке дедуктивно гласят, что сидели вы как раз вон там.

– Всё произошло так неожиданно… Ударил колокол на церкви, я взглянул через витрину, тот человек открыл вдруг рот и – рухнул с тесаком в спине, а позади, как продолжение, стоял такой же, те же усы и котелок, эффект «матрёшки», знаете ли, просто жуть берёт… Убийца взглянул на жертву у себя под ногами, перекрестился, переступил, сел на велосипед и – не спеша, укатил.

– Негусто, но в наблюдательности вам не откажешь. Крестился как? Слева направо или наоборот?

– По католически, сперва на левое плечо.

– А потом? Большой палец не поцеловал над трупом?

– Нет. Определённо нет. Сел и – уехал.

– Хм… Значит – не итальянец. А вас когда порезали – до или уже потом?

– Можно сказать – совместно, цирюльник в сторону как раз шагнул за квасцами для обработки раны, иначе я бы этого всего не видел.