Происки любви

Хорошая девушка, – одобрила его выбор администраторша. – Она у нас новенькая. Совсем недавно. А кто вторая?

– Вторая? – смутился Виктор.

Про вторую он совсем и забыл. На самом деле не очень-то было и понятно, зачем она нужна, вторая. С его точки зрения, одной этой, острой на язык, голубоглазой блондинки было более чем достаточно. Но с другой стороны, если таковы правила, то не будет же он их нарушать. К тому же, может, он чего и не понимает. Опыта в этом деле у него никакого. Это тебе не кино снимать.

И Виктор, уже не медля, показал на первую попавшуюся высокую, темноволосую, вполне миловидную с виду девушку.

– Это Лора, – уточнила администраторша. – У вас прекрасный вкус.

После чего Таня повернулась к тут же прекратившим кудахтанье барышням.

– Олеся и Лора, – негромко произнесла она. – Остальные на сегодня свободны.

Комната почти мгновенно опустела. Остались только медленно расползающиеся кольца сизого сигаретного дыма, из которого, проявляясь, шагнули к нему названные девушки.

– Ну что ж, пойдёмте, – ласково сказала высокая Лора.

– Куда? – растерялся Виктор.

Его вдруг снова стали одолевать настойчивые сомнения в правильности всего происходящего.

– Вон туда, – показала Лора, мягко подталкивая его к какой-то сомнительной двери с левой стороны.

За дверью оказалась небольшая комната, посреди которой возвышалось нечто среднее между спальным ложем и обеденным столом, то бишь «станок», как тут же мысленно определил это сооружение Виктор, используя принятую когда-то в их юношеской компании терминологию.

Ещё комнату отличало то, что одну из стен её практически полностью закрывало огромное зеркало.

– Раздевайтесь, – скомандовала Лора.

– Совсем? – робко полюбопытствовал Виктор.

– Конечно, – энергично ответила девушка. – Вот полотенце, можете прикрыться.

Виктор безропотно подчинился. Его весьма интересовало, куда вдруг исчезла Олеся и почему они с Лорой остались вдвоём, но спросить об этом он так и не решился.

Принципиально не глядя на собственное отражение, он, быстро раздевшись, обмотал чресла полотенцем и, вновь чувствуя себя совершеннейшим кретином, отправился в ванную, по-прежнему повинуясь указаниям высокой брюнетки.

В ванной он был усажен в пенную воду, в которой и был оставлен на некоторое время.

Сидючи в тёплой мыльной жидкости, Виктор уныло разглядывал ванную комнату, не произведшую на него ни малейшего впечатления.