Война волка

И поэтому я сказал Финану, чтобы он оставался с наружной стороны арены, объяснил, что ему следует делать там, а потом поднялся по лестнице вслед за принцем.

– Бросайте оружие! – крикнул Этельстан, обращаясь к людям на арене. – И опускайтесь на колени!

Он снял шлем, чтобы загнанным в ловушку не составило труда узнать его. Принц обычно стриг свои черные волосы очень коротко, но за время осады они отросли, и студеный утренний ветер растрепал их поверх наброшенного на доспех темно-синего плаща. Он стоял в центре шеренги воинов, устрашающих в своих кольчугах и шлемах, со щитами с символом Этельстана – драконом, сжимающим в лапах молнию.

– Какая нас ждет судьба? – выкрикнул человек с арены.

Этельстан не ответил, только посмотрел на него.

Еще один сделал шаг вперед и преклонил колени.

– Лорд принц, что ждет нас? – спросил он.

– Мое правосудие.

Тишина. На арене находилось около сотни лошадей. Часть из них стояла под седлом, вероятно в готовности к отчаянному прорыву через входной туннель, а перед ними, сбившись в кучу, как лошади, собрались люди Кинлэфа. Я выискивал глазами самого Кинлэфа и наконец нашел, в задних рядах, поблизости от оседланных скакунов. Это был рослый, красивый мужчина. Этельфлэд обожала его и выбрала в мужья для своей дочери, но если существует такое место, как христианский рай, то она смотрела сейчас оттуда и одобряла твердое решение Этельстана убить Кинлэфа.

– Лорд принц, твое правосудие? – смиренно произнес преклонивший колени мятежник, которому хватило ума обратиться к Этельстану, используя титул.

– И оно равнозначно правосудию моего отца, – отрезал Этельстан.

– Лорд принц, – окликнул я негромко. Я стоял буквально в паре шагов за его спиной, но он сделал вид, что не слышит меня.

– Тихо, лорд Утред! – бросил Этельстан, не поворачиваясь. Говорил он тоже тихо, но с ноткой гнева на то, что я посмел вмешаться.

Я хотел убедить его проявить милость. Не ко всем, конечно, и уж точно не к Кинлэфу. Разумеется, все это были мятежники, но скажи доброй сотне людей, что их ждет суровый суд, и ты получишь добрую сотню отчаянных парней, которые предпочтут драться, а не сдаваться в плен.