Война волка

 – И еще: если бы я нуждался в помощи, то зачем посылать за тобой, если армия моего отца гораздо ближе? Да ты все равно не стал бы мне помогать!

– Это почему это не стал? – рыкнул я. – Я дал клятву защищать тебя.

– Но междоусобица в Мерсии ведь на руку Нортумбрии, не так ли?

– Так. – Я угрюмо кивнул.

– Потому что пока мы, мерсийцы, бьем друг друга, – продолжил Этельстан, – мы не можем воевать с вами.

– А ты хочешь воевать с нами, лорд принц? – поинтересовался Финан.

Этельстан улыбнулся:

– Ну конечно хочу.

Нортумбрией правит язычник, норманн…

– Мой зять, – резко перебил я его.

– …и такова судьба саксов – быть единым народом, под властью одного короля и одного Бога, – продолжил Этельстан, не обратив внимания на мои слова.

– Вашего бога, – буркнул я.

– Другого нет, – мягко возразил он.

Все сказанное им имело смысл, если не считать вздора про единственного бога. И этот смысл говорил, что мне без какой-либо пользы пришлось тащиться через всю Британию.

– Мне стоило оставить тебя гнить тут, – проворчал я.

– Но ты ведь не оставил.

– Твой дед всегда говорил, что я дурак.

– Мой дед был прав во многих вещах, – с улыбкой сказал Этельстан. Его дедом был король Альфред.

Я встал, подошел к двери, открыл ее настежь и принялся всматриваться в мерцание огней за восточной стеной. Большей частью оно доносилось из лагеря, где люди Кинлэфа укрывались от снега, косо летевшего с севера. На парапетах горели жаровни, закутанные в плащи копейщики наблюдали за притаившимся врагом.

В свете двух ярких факелов, горящих прямо за большими дверями, было хорошо видно, как снег укутывает стену здания.

Итак, брат Осрик лгал. Мы захватили его с собой на юг, но я так устал от бесконечных жалоб на холод и стертую седлом задницу, что мы оставили монаха в Мамесестере, где, как он сказал, церковь обещала его приютить. Лучше бы я убил ублюдка. Я поежился, ощутив внезапно, как холодна ночь.

– Рорик! – крикнул я, повернувшись обратно к залу. – Принеси мой плащ!

Брат Осрик солгал.

Монах говорил, что у Этельстана меньше сотни воинов, а на самом деле у него вдвое больше. Этого все-таки мало для обороны такой крепости, как Сестер, но вполне достаточно, чтобы отразить робкие приступы Кинлэфа. Брат Осрик говорил, что гарнизон умирает от голода, а на самом деле кладовые наполовину полны после последнего урожая. Его ложь привела меня в Сестер. Но ради чего?

– Господин, твой плащ, – послышался насмешливый голос.