В рай через адовы врата

Обвинять меня в дворянстве, всё равно что вас в иудействе, только по тому что ваши предки исповедовали иудаизм. Религия это опиум для народа, так говаривал наш незабвенный Владимир Ильич. Кстати, тоже по происхождению дворянин.

– Слишком умный, думаешь. Закончил танковое училище, инженерное, в сороковом стажировался на танковом заводе. Тебе весной исполнилось двадцать восемь лет, а ты ещё не в партии.

– Хотите дать направление?

– Нет. Хочу дать по роже, но не стану, из педагогических соображений.

Пока не стану, потому что хорошо служишь. Свободен. Танкист резко встав со стула, подобострастно произнеся:

– При много благодарен.

– Это за что же? – Глядя в глаза старшему лейтенанту, спросил майор.

– Как же, за то что не воспользовались услугами мордоворота, дремлющего в прихожей.

– Я ещё могу воспользоваться. – В глазах НКВДшника появились солнечные лучики.

– Понял. Есть. Можете не сомневаться, насчёт вас и гражданки Крысы, молчок. Бой идёт не на жизнь, а за власть.

– Владимирский подобрал фуражку и тихо вышел из кабинета, размышляя: – Это просто проверка, он меня прощупывал. – Он вспомнил про отца, расстрелянного в тридцать седьмом, машинально посмотрел на свои руки, ходившие ходуном, постепенно стал приходить в себя, успокаиваясь.

Старший лейтенант Владимирский, обожал технику и был технарём, до мозга костей. Будучи командиром танковой роты, самолично, участвовал в починке техники, которая к сожалению часто ломалась, из-за не совершенства и неумелого пользования ею.

Попутная машина подвезла его к штабу и он с лёгкостью горного козлика, перепрыгнул через задний борт.

– Лёгок на помине бродяга. – Из штаба вышел заместитель командира полка Лепикин, с орденом красной звезды на груди: – Разобрался что у меня с мотором?

– Разобрались… – Майор Липекин удовлетворительно шлёпнул рукой в плечо Владимирского и не дав договорить, сообщил:

– Слушай, не в службу а в дружбу, меня Дружинин отправил на вокзал.

Профессор с дочкой приезжает, нужно встретить. Профессор из Москвы, он операцию делал кому-то из штаба округа. В общем, наш комдив вроде как болен, ну и профессор приехал его осмотреть.

– Товарищ майор. – Владимирский показал пальцы, с чёрной каймой под ногтями, Липекину: – Пошлите кого-нибудь…

– Никого нет, выходной. Слушай, я бы сам, но не люблю я эти политесы. Особо дочек профессорских, очкастых, с худыми лопатками за спиной, вместо крыльев.