В рай через адовы врата

– Товарищ начальник штаба дивизии, она ещё крови боится. Два раза в обморок падала, вот я ей и пару глотков водки и влил. Смотрите как штопает, будто старый носок. – Начальство засмеялось. Девушка тем временем уже ловко крутила повязку на голове ротного: – Товарищ комдив, вы её от себя не отпускайте, а то она сейчас натворить может. А лучше отправьте в Москву к папе.

– Конечно к папе, который уже волнуется. – Комдив как будто вспомнил, кто у нашей Светланы папа.

– А что это вы мной распоряжаетесь. – Возмутилась девушка, закончив бинтовать голову старлею.

У неё получилось что-то вроде велосипедной каски с повязкой под челюстью: – Товарищ комдив, не правда ли на ляльку похож?

– Не очень. – ответил Катуков.

– А так. – Девушка намочила водкой бинт и отмыла кровь с лица ротного.

– Смеётесь своему творчеству. – Глядя как девушка ловко перебинтовывает его ногу, констатировал факт ротный.

– Светлана Сергеевна, машина сейчас с ранеными пойдёт, отправляйтесь на лесопилку, там временный госпиталь.

Давайте.

– А вы? – Девушка достала шприц и ампулу и сделала укол Владимирскому: – Это антибиотик.

– Как наш раненный?

– Два осколочных ранения. – И девушка разжала руку, в которой лежали осколки вынутые из старлея.

– Я готов вернуться в строй.

– Вот и хорошо. Мы сейчас контр атаку готовим. – Чухин похлопал по спине ротного.

– Разрешите идти.

– Идите.

– Владимирский решительно зашагал на передовую, ощущая в голове гул, но какую-то лёгкость в груди.

– Да он же контуженный на всю голову.

Его в лазарет нужно. – Слышал ротный, как возмущалась Света за его спиной, от чего улыбнулся. Кругом копали окопы. Тянуло дымком от полевой кухни.

День шёл к закату. Периодически где-то, то совсем близко рвались снаряды и стучала пулемётная дробь с той стороны.

– Ротный вернулся. – Радостно сообщил посыльный, он жадно уплетал кашу из котелка.

– Старшина сидел в танковом окопе, раздавая кашу:

– Война войной, поэтому обед всегда не в расписании. – Накладывая кашу ротному, переиначил старшина роты: – Чаю плесни.

 – Суетился он, будучи крепким мужиком, лет сорока: – Хлебушка.

– А я думаю вы или не вы товарищ старший лейтенант. – В окоп заскочил лейтенант Блохин, за ним следом ахнули два взрыва.

– Товарищ старший лейтенант, вы бы шлемофон надели, а то ваша повязка на голове, видна как мишень из немецких окопов.

– Взводного, Белова ранило! – Разам обедающие и ужинающие оставив котелки, бросились за старшиной.