SOSеди. История с географией

И подарком ей говорит: покайся, Ольга. Пока не поздно, очисти душу от лжи, а тело от грехов.

В церкви появился служка Серафим, истинный серафим – не грозный огненный с шестью крыльями, но небесное создание неполных семнадцати, безбородый, тонкий, светлый, с лучистыми глазами и темными длинными ресницами. Улыбался так, что за сердце хватало и тело трепыхалось, полз жар от живота вниз и тягостно, и томно, и душно становилось. И покаяться в том никак не могла. Батюшка, хоть и духовный чин, но мужчина, иеромонах.

И казалось, что произнесенная вслух скверна прилипнет к ней навсегда, так что вовеки не отмыться.

В начале марта Ольгуне исполнилось пятнадцать, и какой бы она ни была недокормыш, природа брала свое. Тело менялось, рос пушок, ныла грудь, набухал живот и мучили месячные. Ольгуня смотрела в зеркало бабушкиного гардероба на чужого. У него было жадное лицо с припухлым ртом, неангельское тело, на котором тонкие и острые грудки росли вразлет, изгибаясь в стороны и вверх, будто маленькие рожки.

Чужой был склонен к неправедным мыслям, блудным чувствам, грязен телом, нечист душой.

– Пойду в баню в пятницу, – подумала она. – Отмоюсь, а после к исповеди приготовлюсь. Поститься буду на хлебе и воде. И покаюсь батюшке во всем, обещаю!

Новый жилец

Она принесла воды, полы протерла, и приготовилась исполнить молитвенное правило, но тут дверь открылась и ввалилась возбужденная и нетрезвая мать.

– Что сюда шляешься? Я тебя сейчас отважу. – напустилась на Ольгуню. – Заходи!

Последнее это она не дочери, а кому-то за своей спиной адресовала.

– Здрасьти! – следом вошел в синей куртке и с рюкзаком высокий рыжеватый парень. Розовощекий, от холода, видно.

– И вам не хворать, – по-бабушкиному пробормотала Ольгуня, краснея очевидно для себя.

– Вот, – обратилась Алевтина к гостю, – мебель оставляю. И кровать, и шкаф, и стол со стульями. Олька уберется, окна помоет. Она хорошо моет, ее нанимают хозяева мыть.

– А добавишь, – продолжила в порыве вдохновения, – коридор за тебя помоет и туалет.

У нас все соседи моют по очереди. Тысячу дашь, и она будет мыть по надобности. Воды на кухне сколько хочешь, раковина там. Туалет с унитазом есть. А ванны нет. В баню ходим.

Тут Алевтина сбилась, выдохлась и умолкла, не зная, что добавить.

– Бери, – заключила она. – Или думать будешь?

– Нормально все, чего думать. – отозвался парень, снимая с плеч рюкзак. – Буду заселяться. Мыть ничего не надо, и так чисто.