По дороге к манговому дереву

Хотя её нет, вместо неё – две сумки для ноутбука, набитые до отказа.

– Je sais qui est tu![2 - Я знаю, кто ты (фрнац).] – он достаёт с полки книгу на французском языке. Показывает обложку, ведёт пальцем по названию. Так он, видимо, показывает ученикам в языковом центре.

– Tu es … Madame Bovari![3 - Ты – Мадам Бовари (фрнац).] – торжествует он. Мы выходим из магазина вместе.

Скользко. Я придерживаюсь за его локоть, задевая сумку с учебниками. Сумка не закрывается до конца: видно знакомый синий краешек учебника – "English".

– Эээ, баскетбол! – раздаётся у меня над ухом. Мужчина в потрепанном спортивном костюме тянет руки к Джасперу. Тот усиленно матает головой: он не играет в баскетбол.

– Ну тогда футбол! – не унимается мужчина.

– Он не спортсмен, – поясняю я.

Мы аккуратно переступаем блестящую поверхность на асфальте. Сумки так и тянут в сторону порывов ветра. Можно поскользнуться. Держимся друг за друга. Мимо нас шумно проходит компания парней и девушек: громко смеются. Мы переглядываемся.

Он принимается объяснять мне, в чём современность учения блаженного Августина. Потом говорит о безработице здесь. Даже для образованных. С ним спокойно. Он понимает меня.

Мы заходим в магазин с вычурными колоннами. Поднимаемся в сторону ресторанов.

– Я голодний, – он смеётся.

Мы садимся за столик. Как же волнующе пахнут его духи! В этом аромате есть и философия, и знания языков, и манящие страны. Он хочет скоро поехать во Францию: он был много, где, но там – ни разу.

Я снова спрашиваю его о феминизме в Габоне.

Феминистки победили. Его мама – врач. Работает в США. Папа – преподаватель физики в колледже, тоже в США.

Маме было настолько некогда следить за Джаспером, когда он был маленьким, что она приучала его с пяти лет самому подбирать себе одежду. Это вошло в привычку. Поэтому он начинает каждое утро с подбора костюма. У него сейчас 13 костюмов. Сегодня – серый – к шляпе. И бордовый галстук.

– Quelle traditions de ton pays aimes-tu[4 - Какие традиции твоей страны ты любишь? (франц).

]? – спрашиваю его (вдруг мама с бабушкой не во всём ошиблись).

Он не любит традиций. Но… Мужская одежда: есть стереотип, что африканцы носят набедренные повязки. В их стране длинные белоснежные одежды – то, что традиционно носят мужчины. Это символ чистоты, мира. А ещё такую одежду делают из легчайшей ткани – в этом не жарко и не холодно. Хотя здесь, конечно, такое не наденешь. Особенно, в минус 20 градусов.

Сапфировый оттенок неба.