Последнее королевство. Бледный всадник (сборник)

– Король, – сказал я насмешливо, – всегда может нанять людей, умеющих читать и писать.

На следующее утро вопрос «атаковать или осаждать» был решен за нас, потому что прошел слух, будто новые корабли датчан появились в устье реки Хамбер. Это означало, что враги через несколько дней превзойдут нас в численности, и отец, до сих пор молчавший, заговорил.

– Мы должны атаковать до того, как подойдут новые суда, – сказал он Осберту и Элле.

Элла, разумеется, с радостью согласился, и даже Осберт понял, что прибытие новых кораблей все меняет.

– Датчане, – говорили воины, – даже стену построить не могут!

– Но они строят корабли, – сказал мне отец Беокка.

– И что же?

– Человек, который умеет построить корабль, обычно может построить и стену, – объяснил молодой капеллан.

– Она же рухнула!

– Возможно, она и должна была рухнуть.

Я непонимающе уставился на Беокку, и он пояснил:

– Вдруг они хотят, чтобы мы атаковали именно здесь?

Не знаю, рассказал ли он отцу о своих подозрениях, но если и рассказал, отец наверняка не стал слушать: он не доверял мнению Беокки в делах, касающихся войны. Священник нужен был лишь для того, чтобы уговорить Бога поразить датчан, и больше ни для чего; и, сказать по правде, Беокка молился горячо и долго, прося Господа даровать нам победу.

На следующий день после падения стены мы дали Господу возможность ответить на молитвы Беокки.

Мы атаковали.

* * *

Не знаю, все ли собравшиеся под Эофервиком были пьяны, но, наверное, все, потому что меда, эля и браги было вдоволь. Пьянка продолжалась чуть ли не целую ночь, и, когда на заре я проснулся, войско блевало. Те немногие, кто, подобно моему отцу, имели кольчуги, надели их, но большинство носили лишь кожаные доспехи, а некоторые обычную одежду.

Оружие заточили на точильных камнях, священники обошли лагерь, бормоча благословения, пока воины клялись друг другу в верности и братстве. Некоторые собирались в группы по нескольку человек, обещая честно делиться добычей, а некоторые совсем спали с лица, и не один из них дал деру через канавы, пересекавшие плоскую сырую равнину.