Чёрное и Белое. Часть 2

Красивые кованые лавочки, с широкими спинками устав от тёплой осени, с большой радостью впали в спячку и отдыхали от надоевших посетителей. Укрывшись белоснежным одеялом, они вовсе не скучали, а наслаждались своим тихим сном.

Он подошёл к окну ещё ближе и взглянул на пока ещё звёздное небо.

– Звёздное небо. Мммм!!! В прекрасной безкрайней мгле, где ты – чужестранец, неведомой Рукой раскинуты родные звёзды. Когда я вглядываюсь в чистое звёздное ночное небо, я никак не могу понять, почему оно так тянет меня? Как будто зовёт домой, где всё знакомо и всё известно.

Что-то внутри тоже знает ответ. Он так прост, что я имею самый ничтожный шанс обнаружить его при жизни. Он то и дело мелькает перед внутренним взором, неуловимым огненным крылом Феникса. Сколько раз нужно превратиться в пепел, Господи? Сколько нужно раз возродиться при жизни, Милостивый Боже? Что-то бьётся в тесной клетке тела, требуя идти туда, куда оно хочет. Но что это за путь, и кто живёт внутри меня? Чёрное или Белое?

Алексей почувствовал знакомый ком, подкативший к горлу.

– Шуда спасла своих врагов. Пусть пришла она на помощь, лишь из-за меня – это ничего не меняет. А вернее это меняет всё! Любовь её преображает душу её и разум её. В списке ценностей поменялись лидеры, хотя я уверен, что моя любимая Шуда, была убеждена в том, что это невозможно. В её клетке лопнули прутья. Моя Шуда. Моя спасительница. Как же я люблю тебя. Спасла Бодро, Гурда и Знатока. Спасла меня, а я пытался спасти её.

– Тяжела была схватка с Фениксом.

И жизнь после победы, тоже не будет легка.

Вспоминая тот тяжкий бой, Хосвод улыбался сквозь слёзы.

– Вот она! Вот моя любовь – Шуда! С алыми щеками и красивой тревогой в невообразимых глазах! Её святые волосы и повязанные ленты, которые развевает горячий ветер! Клич, уничтожающий страх! Как прекрасна и чиста! Мистические доспехи и пульсирующие чёрным светом белые руны на них. Отчаянные её попытки спасти любимую жизнь! Её безоглядный порыв, безапелляционное решение уничтожить и спасти воплотилось в такую Шуду! Господь! Как она была красива в своей решимости и смелости! Боже! Как она была красива в своей робости и отчаянии! Я готов на невообразимые муки и без раздумий отдамся им, если надо будет спасать мою единственную крошку Шуду.

Лёша уронил голову и почувствовал странную усталость. Все его мысли вдруг тут же рассеялись в предрассветном мраке. Глядя на нежный, спокойный свет фонаря на Алексея налетела грусть.