Побег стрелка Шарпа. Ярость стрелка Шарпа

Выжидающе посмотрев на полковника, он нервно хохотнул и добавил: – Почту за честь, сэр.

Шарп пронзил наглеца убийственным взглядом.

– Ничего, бывало и хуже, – холодно заметил он, – например когда мы с сержантом Харпером французского «орла» захватили.

Слингсби фыркнул, явно задетый враждебным тоном капитана, а другие офицеры смущенно опустили глаза.

Лоуфорд попытался смягчить ситуацию.

– Выпейте-ка бренди, Шарп, – предложил он и, наполнив стакан из графина, подтолкнул его через стол. – Как майор Хоган?

Сидеть было тяжело.

Болело все тело. Ребра горели, как воткнутые в грудь полоски раскаленного железа. Шарп не сразу понял вопрос и ответил только после паузы:

– Он спокоен, сэр.

– Да, хорошо бы все так и было. А Пэр? Вы его видели?

– Пэр? – спросил, слегка запнувшись, Слингсби и, проглотив остатки бренди, тут же налил себе еще.

– Лорд Веллингтон, – объяснил Лоуфорд. – Вы его видели, Шарп?

– Видел, сэр.

– Надеюсь, заверили в моем почтении?

– Конечно, сэр, – соврал Шарп и поневоле добавил к одной лжи другую: – Он тоже просил передать вам привет.

– Как любезно с его стороны. – Полковник заулыбался. – И что же? Тоже думает, что французы полезут завтра?

– Генерал ничего не сказал, сэр.

– Может, их туман остановит, – заметил майор Лерой, выглядывая из палатки.

– Или, наоборот, ободрит, – возразил Форрест. – В тумане нашим артиллеристам труднее целиться.

Лерой снова посмотрел на Шарпа:

– Не думаете, что надо показаться врачу?

– Нет, сэр, – соврал Шарп.

Ребра нестерпимо болели, голова раскалывалась, да вдобавок ко всему еще и верхний зуб зашатался. Боль собралась в животе, ныло бедро, терзала злость. Он заставил себя переменить тему: – Майор Хоган полагает, что французы ударят утром.

– Значит, нам надо быть наготове, – отозвался Лоуфорд, намекая, что пора расходиться. Офицеры, поняв намек, поднялись и, поблагодарив полковника, стали выходить. Лоуфорд взял Шарпа за руку. – Вы не задержитесь на минутку?

Слингсби, явно хвативший лишнего, допил остававшееся в стакане бренди, щелкнул каблуками.

– Спасибо, Уильям, – сказал он, подчеркивая особые отношения с полковником.

– Спокойной ночи, Корнелиус. – Подождав, пока гости выйдут и скроются в тумане, Лоуфорд повернулся к Шарпу. – Слингсби немного перебрал. С другой стороны, накануне первого боя человеку не помешает укрепить дух. Садитесь, капитан, садитесь. Выпейте еще. – Он тоже взял стакан.