Павлиний глаз

– Не знаю, смогу ли я…

– Возьми, – перебил Серафиму Тарас Наумович и вложил в ладонь женщины оружие. – Вытяни руку и представь, что перед тобой беспощадный волк, который без колебаний растерзает тебя и Вареньку на твоих же глазах. Волк не знает жалости и не внемлет уговорам. Для него вы с ребёнком – очередные жертвы на его кровавом пути. Что ты сделаешь для защиты себя и дочери, когда увидишь перед собой такого волка?

– Пристрелю, как бешеную собаку, – решительно ответила Серафима, держа палец на спусковом крючке револьвера.

– Вот и ладно, – удовлетворённо ответил сосед и забрал у женщины пистолет, завернув его обратно в ткань. – «Наган» заряжен и готов к бою. Если столкнёшься с солдатами, стреляй первой, потому что немец медлить не будет.

Серафима благодарно смотрела на Тараса Наумовича с горящими надеждой глазами. Теперь у неё имелся план побега и оружие, которое женщина была готова пустить в ход при крайней необходимости.

– Спасибо вам! – крепко обняла Серафима отставного комбрига на прощание.

Сосед молча кивнул и вышел из летней кухни, сказав женщине напоследок: – Собери вещи и будь готова уходить после заката.

*****************************************************************

Потрясённая происходящим на улице, Серафима вернулась мыслями в настоящий момент и не могла поверить тому, что пугающее содержание её утренней беседы с соседом начнёт столь стремительно воплощаться в жизнь. Несмотря на проявленное в присутствии Тараса Наумовича мужество, оробевшая ныне женщина была не готова воспользоваться оставленным ей отставным комбригом оружием.

Немцы явились прежде, чем мать и дитя успели покинуть свой дом, и единственным выходом из мазанки оставалась её входная дверь, незаметно воспользоваться которой было возможно лишь, когда орудующие в курятнике и хлеву солдаты вернутся к своему грузовику.

– Видишь что-нибудь? – неожиданно спросила Варенька из молельной, прервав тревожные мысли матери.

– Нет, – нервно обернулась к девочке Серафима. – А ты?

– Я тоже.

– Продолжай глядеть в оба.

В следующую секунду женщина услышала за своей спиной немецкую речь и повернулась к окну, увидев идущего по соседской лужайке солдата, который что-то кричал в открытую дверь двухэтажного кирпичного дома.