Не разбавляя

Немолодая полная врач, гастроэнтеролог их районной поликлиники долго смотрела Любин биохимический анализ, читала заключение УЗИ.

– У Вас цирроз печени.

– Цирроз? – Люба задохнулась, выговаривая это слово.

Перед глазами всплыло желтое лицо отца, отечные круги под глазами. Отец пил всю жизнь, во всяком случае, Люба его трезвым не помнила, и не остановился даже тогда, когда ему сказали, всё, допился.

Умер от цирроза печени, не дожив до пятидесяти лет.

Но ей было только тридцать шесть, только тридцать шесть лет, и она так хотела жить.

Ужас отразился в ее глазах.

– Ну-ну, милочка, не надо так пугаться. Современные лекарства позволяют бороться с этой напастью, продлевают жизнь, – врач досадовала на себя, что так прямо, в лоб, сказала пациентке диагноз.

– Вы перенесли в молодости инфекционный гепатит? У вас была желтуха? – врач строчила неразборчивые каракули, делала выписку из истории болезни. Она выписывала Любе направление на консультацию к профессору.

А Люба опять вспомнила свой сон. Вот оно, когда отрыгнулось, подумалось ей.

Из темноты коридора поликлиники Люба вышла на яркое зимнее солнце, зажмурила глаза. На душе было так тяжело, так противно, что и солнце не радовало.

Любе было страшно и одиноко. По дороге домой, в троллейбусе, битком набитом, так что народ с трудом протискивался, Люба приняла решение ничего не говорить о диагнозе до тех пор, пока медицинское светило, к которому направили Любу, не скажет свое слово.

С этим решением она вернулась домой.

Но Надежда Семеновна по выражению лица дочери сразу поняла, что случилось что-то плохое. Эти две женщины, мать и дочь, понимали друг друга с полуслова, и замужество Любы мало что изменило в их отношениях: мать для Любы была более близким человеком, чем муж.

Давным-давно, когда еще был жив отец, отвращение к его беспробудному пьянству объединило их, научило надеяться только друг на друга. И с приходом в их дом мягкого по характеру молчаливого Васи всё осталось, как было. Не привыкшие считаться с мужской половиной семьи женщины и в отношении непьющего Васи вели себя так же, как когда-то с Любиным отцом: советовались только между собой, и Васе приходилось подчиняться и плыть по течению.