Противоположности

Николь наконец спокойно выдохнула, зная, что теперь могла спокойно действовать. Она бросила оценивающий взгляд на трепыхания парней, пустивших первую кровь. Жаль, нет ведра воды рядом, чтобы разнять этих идиотов, как дерущихся псов. Нет, конечно, в драку лезть глупо – большая вероятность быть откинутой в сторону, словно прилетевший порывом ветра пакет, затормозивший о чужую ногу и скинутый за ненадобностью. Пришла немного импульсивная и смелая идея, но рискнёт. Она сняла туфлю с ноги под недовольное ворчание из-за вечной способности Картера оказываться там, где не стоило быть, а иногда и её вплести в его разборки.

– Грёбаные петухи, – замахнувшись рукой, Николь швырнула туфлю, что полетела в сторону только что поднявшегося с земли широкоплечего незнакомца, царапая затылок кончиком каблука.

Отвлекающий манёвр с привлечением внимания сработал, заставляя парня вздрогнуть, небрежно прикасаясь ладонью к образовавшейся царапине, и обернуться.

– Что за нафиг? – выругался он, примечая девушку.

Николь запустила руку в опущенную на землю сумочку, достала телефон и нажала на съёмку, наводя обзор на парней.

– Я та, кто сейчас запросто надерёт тебе задницу, а потом выложит это видео в инет, если не свалишь отсюда. Уяснил? – она удивилась безумству, которое выкинула. У самой подрагивали кончики пальцев, держа средство связи с включённой функцией двумя руками. Незнакомый парень, честно, пугал.

Смелость, конечно, похвальна, и теперь поступок казался глупостью, всё же она между двух распалённых парней, узко мыслящих под адреналином.

Нэйтен упирался руками в колени, переводя кислород через лёгкие, бросил смешок. Он не ожидал увидеть Николь, но и не был удивлён – это не первая драка с его участием, которую она останавливала. Теперь его больше забавляла вся эта ситуация, чем вызывало желание продолжить выяснения отношений с ублюдком, до сих пор потиравшим затылок.

– Ты что, сука, мне угрожаешь?

Широкоплечий начал надвигаться на неё, но для Нэйтена он бросил непозволительную фразу, рискующую повторить драку.

– Не смей называть её сукой, пока я тебе челюсть не сломал! – рычал Нэйт. – Так её могу называть только я.

Николь даже опустила телефон, скрипнув зубами.