Творчество и потенциал. Выпуск 4

Солнце строит во дворе колонны,

Я варю обычные «рожки».

Твоя скрипка спит внутри футляра

Золотистым отсветом бедра —

Суламифь, Мария или Сара

В беспокойном таинстве утра.

Тру чеснок на дырах старой тёрки,

Режу в соус пряный базилик.

Может, к ним добавить нежность Лорки

Иль расплавить сыром чей-то лик?

Просыпайся, мой волшебный гений,

Опьянявший в сумерках меня!

Ночью был моей поющей Тенью

И дрожал, немыслимо звеня.

По столу разбросаны лимоны.

Может, нам отжать их светлый сок?

Наша жизнь – сплошные обертоны

Или, скажем проще, путь-заскок.

Трава многолетняя

Мы с тобою – трава многолетняя,

Сохнем осенью, дышим весной,

Очищаем себя – не обеднями,

А лишь тем, что срезаем косой.

От корней разлохматимся досыта,

Всё равно, сочный луг иль асфальт,

И следами случайными прошиты,

Всё вбирая – и смех, и печаль.

Мы с тобою такие живучие,

Ведь не зря проросли из глубин,

Только люди ковылью горючею

Нас назвали от ранних седин.

Да, не видят за сизыми плёсами

Разудалость души и полей,

Где дороги не метят затёсами,

Где пускают – на ветер – коней.

Мы с тобою – трава семижильная,

Сплетены, зацелованы – в страсть.

От снегов будут воды обильные,

Чтобы жизнь пить влюблённо и всласть.

Тишина и ковшик с медовухой

А тишина вокруг такая,

Что слышно, как порхает снег

И как полоска золотая

От солнца начинает бег.

И обмякают телом ели,

Забравшись в ласковый сугроб.

А завтра вновь придут метели,

Крестя двумя перстами лоб.

И так завьюжит, закудрявит,

Что в лес дороги не найдёшь.

А нынче солнце ковшик ставит —

И не захочешь, а попьёшь.

И с медовухи поднебесной

Затеешь смачно «трепака»,

А бор качается отвесно,

И тишина вокруг… пока.

Крик лисы и хокку на шёлке

Крик лисы, обошедшей капканы.

Голос нежный, влекущий к любви.

Это я – без прикрас и обмана,

С колдовством оборотным в крови.

Рыжей шерстью себя одеваю,

Чтобы мороком тешить Луну,

Ворожу, скалю зубы и лаю,

Не давая безмолвия сну.

А потом выхожу на тропинку,

Что ведёт к дому важных господ.

Кимоно, скрытый взгляд и корзинка

Обеспечат мне выход и вход.

Тело нежное – хокку на шёлке.

Звон струны – равнодушия порог.

Стены тонкие – ушко иголки.

Страсть кицунэ – для смертных ожог.

Подползаю смиренно к коленям,

Чтоб сыграть на гордыне мужской.