Чувствую

Я что, ужасен с новеньким пробором?

Иначе что боишься, как огня?

Пройдем с тобой по улице мощеной,

Какой роскошный ныне Петербург.

Но мне плевать, хоть будем мы в трущобах,

Хоть будет это славный Люксембург.

Вот дождь идет, постукивая крыши,

А ты многозначительно молчишь.

Мне что-то подсказало вроде свыше,

Что ты мне так любовь свою дарИшь.

Ледяная леди

Бесподобно красивая леди,

Не достичь мне тебя никогда.

Твое сердце, что сделано с меди,

Мне диктует забыть навсегда.

Не смогу растопить эти льдины,

Чем навеки покрылся твой лик.

У меня же проступят седины,

Чем дождусь я горящий ледник.

Про таких бы трубить и в газетах

И писать до истомы стихи.

Ты одна, кто находит в букетах

От любви неземные штрихи.

Только слезы на душу надели

Сарафан с многолетнего льда.

И тебя понапрасну имели,

И никто не любил никогда.

Ты поверила в сказки и басни

И доверилась этим лжецам.

Только после, как спичка, погасла,

Наплевать уж таким наглецам.

Мне все кажется, будто ты рядом,

Но, однако, всегда далеко,

Ты глядишь с проникающим взглядом,

Но поверить теперь нелегко.

Бегу за тобой, как наивный мальчишка

Бегу за тобой, как наивный мальчишка,

В метро, в рестораны, в другую страну.

Ты мне неизвестная важная книжка,

Чью строк не постиг я пока глубину.

Следы, что оставила ты за собою,

Легли в мою душу, как будто в бетон,

И сердце покрылось сухою травою,

И жизнь теперь точно моя полусон.

Ты пахнешь, как кустик нежнейшей сирени,

Брожу за тобой, будто псих, по пятам.

Надели б рубашку уж мне для смиренья,

Хожу за тобой я по всем городам.

И помнят меня фонари на Проспекте,

И окна с сочувствием смотрят на мир.

Ты в жизни моей в перспективном проекте,

Ты – тот долгожданный святой элексир.

Бреду за тобой по осенним чащобам,

По слякоти, лужам и первым снегам,

По странам, метро, ресторанам, трущобам,

По морю плыву кораблем к берегам.

Ты живешь в каждом атоме кожи

Ты живешь в каждом атоме кожи,

В каждом вздохе и дне, что прожил.

И меня ты забыть все не можешь,

Да и я без тебя и не жил.

Ты – та самая важная дама,

Чью красу я всегда целовал.

Я пьянею, как будто с Агдама,

Я хмельной уж тебя рисовал.

Тихо слышится голос из дома,

Словно ты возвратилась ко мне.

Все глядишь возбужденно с альбома,

Как когда-то смотрела в окне.