О жизни, любви, грусти и людях

—

В том 1961, соцветия, правота! – дарованна, природы истин, кладь: Непреходяща суть,

Невежества во мраке освещает путь.

Дружба – скрепа. Согласье великое! Начало.

Спасением станет воплоти от мути

Вязкой, топкой, жижи смрада кроя кривд, лекала.

Истин, ума величья, мир, в бессмертье, добровидением отжатый.

Пламен, глас либерти возжечь лжи в отклик, вящий:

«И-думать-не-смей, взлететь,» – воспрять, взрасти над, хулы, страстью. Ею клятый,

В чистом единеньи пера с бумагой, чаще,

В застенках варварской томим неволею,

Стай шакальих в цезаря, смертоверховодье.

Чьей, в жизни вычет лет, невыносимей доля?

В горячечном, до одури, до гибели, «на вязки» в стать, камзоле,

На галоперидоле.

В халатах фюрерам в сверхбеспределе в Пряжке – дар,

Плоть умертвить. Липка смоль

«Укруткой» Н

О-льдом ванны в батареи жар

Вкруг тела плащаницей, – серости не утолить, от любви «аэрозолям», —

Мракобесия, в оскале. Ухмылкой, жизни краю.

Серой колоть – в забаву, хоть любого. Воздухом – чтобы покарать. Доколе!

Глаголь, – чем возместить лет, вырванных из жизни, стаю,

Родных обнять в: «Люблю!» – Последнем? Ведь даже не пустили! Кто вразумительнее даст ответ,

Измерить чем, нежней напев не сыщешь, воли,

Уникум чтоб сторицей воздать, творца, – толи

Сей почин дезавуирует звёзд, грусти и кручин, пульсаром, плач одиночества комет?

«За хорошее – смерть!» – Меняя. Мировосприятье – Жизни словом.

Мир – сад, то свет – почка.

Во щитах до точки?

В существовании: деньки да ночки —

От рани, тапочек, до тьмы, наволочки,

Наград, почестей алчбу лелея во потребность славы.

И причин, отговорок, поводов, сомнений, оправданий, сковом,

Во оных, тьме. И:

«Ты мне, я тебе,» —

Чрез псевдоистины, ухабы ямок-кочек

Дня. Чтоб, почкоедом, постичь – кокона червячочек:

«Не употребить – вкушу не сам. – Её разрушит цвет агавы!»

Что толку во разрушенье, стремленьи, в безмерье неименья в Новом,

хорошо забвенном, древнем, —

пусть так, – компот без ревня!

Одним «потреблять» – рушить – мир.

В Цель. Цветом! Взрасти умея – сведуя. Прерогативы

Две. Не густо? В том перспектива. Жажда жжёт разум лавой

Целеполаганья ценности. Червячьей, в стать – гомоном взлелеян:

Мертвен звон – за тела, терзанья. «Прах горний», мощи – за духа, истязанья. Чьи наветы, в точь?

Манипуляторство.