Записки настигнутого любовью

Ради чего Бог во мне

снова испытал умаление в ограничении?

Одно я знаю твёрдо – не для новых хождений

по лабиринтам тупиков смерти

и реализаций картонных декораций

из тщеты моделированных схем…

И если задача моего тела быть мужчиной –

Значит, найдутся условия для реализации замысла о нём;

если задачи иные – женщины в моей жизни не будет,

как бы «я» это не пытался «изменить»…

в любом случае, я стану лишь тем, кто я есть…

а всё иное исполнят другие многообразия желаний

определённых разницей реализаций индивидуумов Единого…

27 сентября

«И когда мы приходим, мы смотрим на небо

Мы смотрим на небо, мы смотрим в него так долго

Может быть, эта картина иллюзия и картина

Но может быть это правда, скорее всего это правда

Сестра, дык елы – палы, здравствуй сестра

Нам не так уж долго

Осталось быть здесь вместе

    Здравствуй сестра» Аквариум «Сестра»

– А помнишь, ты был визирем при дворце хана, а я была его дочерью?

– Смутно помню… тогда я подарил тебе гранатовый браслет, на все свои сбережения, а ты просто заметила: «милая вещица», и бросила его в шкатулку.

– А помнишь, я была ведьмой, а ты с девочкой и вашими родителями устраивал праздник, и когда вы остались в комнате одни, я постучала к вам в окно.

– Конечно, помню, тогда я сильно испугался, а ты потом явилась мне через сон, а потом учила меня музыке. А потом передала мне тайные знания.

– Ты был прилежным учеником…

– А помнишь, я был жрецом, а ты приходила ко мне ночью, и я посвящал тебя в таинство общения с богами?

– Да, ты так всё образно описывал, я благодарна тебе.

– А помнишь, ты была пиратшей, а я был твоим богатым пленником?

– Вкус секса до сих пор на губах от того воплощения.

– Сколько ж воплощений мы кружили в танце наших энергий?

– Дорогой, не одну сотню!

– Милая, мне кажется больше.

– Ты помнишь, как мы впервые встретились?

– Катрин, я помню, как мы творили галактики, потом запускали движение звёзд и планет.

– Помнишь, вместе трудились над атмосферой Мидгарда?

– Да, потом творили бабочек.

– Мне кажется, созданные тобой бабочки прекрасней.

– Катрин, твои замечательные цветы совершенней моих.

– Я думаю, удались только ромашки, это мой шедевр.

– Катрин, с нами тогда творило несметное множество сущностей.