Новогодняя Проза

Пока добродушный хозяин крутился на кухне, девчонки копошились в шкафу, подбирая себе одежонку. Из-за не плотно закрытой двери, он слышал их приглушённый разговор.

– …Халат прямо, как на тебя. У него мать, что такая же фигуристая? – Удивлялась Ленка. – Трусы, зачем берёшь?

– А что в сырых, что ли ходить? Или без них предлагаешь?

– Чужое нижнее бельё? Стрёмно.

– Оно же чистое. Потом выстираем.

– Блин, швыряешься прямо, как у себя дома! Я бы постеснялась.

– Под душ пойдёшь? Ну и стесняйся в одном халатике.

Глядишь, после в больницу попадёшь, про всякий стыд забудешь.

– Ладно. Уговорила. Пошли.

Гороховой погреться в ванной предоставили первой. Пока она там плескалась, Павел на кухне выяснял отношения с Маргаритой.

– Зачем ты её с собой потащила?

– А куда прикажешь деваться? Мать у неё только после шести появиться. Сеструха в школе. Замерзать, что ли?

– Про ключи даже не вспомнила. Прокатились бы туда в такой мороз и что дальше?

– Я с твоими представлениями обо всём думать забыла.

– Извини, – смирился виновато Торилин. – Я жрать, как из пушки хочу, и в сон клонит.

– Сейчас суп и картошку с сосисками разогрею. А поспать – перетопчишься. После работы только.

Пообедав сели в зале на диван с учебником и тетрадками. Ленка скромно слева, Маргарита забралась с ногами, прикрыв их уголком покрывала, справа. Пока Пашка с увлечением рассказывал, как использовать формулы при решении задач, они переглядывались за его спиной, гримасничали и наставляли рожки.

Потом, хихикая, по пять раз переспрашивали одно и то же. Но после приутихли и начали позёвывать, прикрываясь ладошками. А вскоре Горохова обалдело отстранилась в сторону, увидев, как руки подруги обхватили талию парня, и её голова застыла на его плече.

– Тихо. По-моему, кто-то слюни мне за шиворот пустил, – быстро отреагировал Павел. – Лен, подушку и плед из спальни принеси. Мы её потихоньку здесь уложим.

Примостив подушку, аккуратно опустили на неё Маргариту. Прикрыли пледом.

После Павел поманил Горохову в спальню.

– Давай тоже ложись.

– Да ты что? – Перепугалась она, запахивая воротник халата у шеи.

– Давай, давай. Через час разбужу. А то челюсти свернёшь зевая. Толку то от моей помощи всё равно нет. Не чего стесняться. Ложись.

– А мать у тебя, когда появиться? – Ленка с опаской присела на кровать.

– Мать? – Переспросил с улыбкой Торилин. – Дай бог к восьми вечера. Вы уже дома телевизоры смотреть будете.