Дыхание жизни

 – Ты ведь не хочешь, чтобы родители о тебе волновались?

– Они пробудут до вечера в гостях, а сейчас ещё детское время, чтобы сидеть дома без электричества и всего остального, – попытался оправдаться перед въедливым консьержем Тимур и взглянул на меня в поисках понимания. – Схожу пока к друзьям.

– Не засиживайся только допоздна, чтобы по возвращению домой родители не ломали голову, где тебя искать, не сумев до тебя дозвониться, – сказала я крепко сложенному юноше, решив занять сторону Матвея Алексеевича.

– Ладно, – примирительно пожал плечами подросток и юркнул в следующее мгновение в открытую им дверь, скрывшись в темноте.

Оставив пожилого консьержа в вестибюле, я включила на мобильном телефоне фонарик и, освещая им путь, стала осторожно подниматься с детьми по лестнице.

– Хорошо, что мы живём на третьем, а не пятнадцатом этаже, – с облегчением произнёс Даня, впервые на моей памяти поднимавшийся по лестнице, а не на лифте.

– Физические нагрузки полезны для здоровья, – ответила я сыну, будучи уверена, что преодоление пары лестничных пролётов пойдут Дане только на пользу.

– Особенно после такого плотного обеда, – добавила Лиза, желая подколоть младшего брата.

– Да я съел-то всего четыре куска пиццы и полтора пряничного человечка, – возразил сестре Даня, поднимаясь вслед за мной по освещаемым лучом фонарика ступеням.

– И выпил большой молочный коктейль, – не унималась Лиза.

– Ты тоже его выпила и съела два куска пиццы с половиной человечка, – попытался осадить сестру Даня.

– Я не толстая, – обиженно возразила Лиза и тут же смерила взволнованным взглядом свою стройную фигуру в облегающей зимней куртке.

– Это тебе так только кажется, – ехидно хмыкнул мой сын за мгновение до того, как я открыла перед детьми двери третьего этажа, и мы вышли на лестничную площадку, оказавшись у нашей запертой квартиры.

Глава 2. Ноев ковчег

Отворив дверной замок, я пропустила детей в тёмную прихожую и нервно вздрогнула, ощутив за спиной чьё-то присутствие.

– Оленька? – обратилась ко мне неожиданно показавшаяся в свете телефонного фонарика пожилая соседка из квартиры напротив.

– Господи, Алевтина Игоревна! Вы меня до смерти напугали, – с облегчением ответила я бабушке.