Поэтическое восприятие

NB! Но в главном – стишок это, по сути своей, противостоящее поэзии произведение, то есть произведение, вольно или невольно, поэзию отрицающее, произведение написанное не поэтическим, но анти поэтическим человеком, который, в свою очередь, может быть человеком – искренним, добросовестным, интересным рассказчиком или раскрасчиком какого-либо текста, но не поэтом – поскольку для поэта не достаточно удивить и ублажить читателя своею искренностью, душевностью, горячим желанием высказать наболевшее, поэт – это земной небожитель или человек Слова, который из слов создаёт не «мораль той басни такова», не «дело было так», не природу-погоду-чувства-явления в столбик с присутствием образных сравнений для усиления эффекта, но иносказание или перевод с русского на поэтический, или как бы извлекает художественность из слова, одновременно, из художественности сотворяет художественный или правдивый вымысел, не переводимый на язык прозы, умещая тонны желаемого в граммы скорописи духа и создавая при этом, добавочное или главное содержание произведения – содержание, превышающее любое заявленное в теме, в названии, содержание, в котором главенствует сам Его высочество Язык, язык, или обретшее голос Мироздание, или язык, околдовавший, опоивший поэта сновиденностью, а следом за ним и читателя, язык, захвативший господство над всеми намерениями и чувствами, над злобой дня и философией, над умными и глупыми рассуждениями, над историей и политикой, над чувствами и событиями, над переживаниями и сюжетами, над воспоминаниями и плакатностью, язык, оформленный в поэтическую речь, речь для поэтического восприятия достоверности, а не действительности с раскрашенным фасадом и расквашенными задворками!

Итак, возвращаемся к стихотворению Инны Заславской «Кто услышит»

Чувствуете ли вы искренность переживаний автора, душевный порыв сказать наболевшее? Я, например, чувствую это, но для того, чтобы произведение принадлежало поэзии – этого не достаточно.

Стихотворение – сожалеет об утраченном, говорит об актуальном, это стихотворение на злобу дня, но все «злобы», которые мешают человекам быть счастливыми, даже самые-самые, даже если их объединить и записать в огромный длинный-предлинный столбик, не станут от этого поэзией, вот в чём дело. Напротив, чем больше приближение к насущным проблемам, тем искусство менее вероятно. Но это, в свою очередь, не значит, что искусство, в том числе, искусство поэзии равнодушно к жизни людей, отстранено от неё, чурается её.