Радость блаженства – 3

Зал, как и одеяние красавицы Катьяяни, был также розовым, и от этого становилось как-то свободнее и радостнее на душе. Порой цвет имеет очень большое значение.

Катьяяни держала в руках большой хрустальный шар. Когда я смотрела на неё, мне вновь показалось, не сама ли богиня сошла на Землю и стоит сейчас перед нами?

Неожиданно двери Розовой Залы раскрылись, и внутрь вошли какие-то женщины. Они подходили к каждой из нас и вручали нам по хрустальному шару. При этом никто ничего не говорил, и мне ничего не оставалось, как только принять это чудо из рук служительницы ашрама.

Шримати наблюдала за нами со стороны и мило улыбалась нам. У неё были длинные чёрные волосы, струящиеся по её плечам, спине, отливающие синевой и розово-золотистыми оттенками Залы. Эти же оттенки отражались в её огромных глазах.

Пока все осматривались, я внимательно наблюдала за Шримати Катьяяни, за каждым движением её грациозного, как у настоящей пантеры, тела.

Наконец, она снова заговорила, оглашая пространство Розовой Залы своим приятным бархатным голосом.

– Вы думаете, сколько мне лет? – задала свой первый вопрос юная богиня.

Мы были немного растеряны, потому что обычно не принято отвечать на подобные вопросы. И, тем не менее, я попыталась робко произнести:

– Наверное, шестнадцать, мадам.

Катьяяни улыбнулась.

– А что вы бы сказали, если бы узнали, что мне более двухсот лет, и всю свою жизнь я прожила в этом ашраме?

Я заметила, как раскрылись рты у остальных учениц, они были удивлены, так сильно удивлены, что даже их глаза округлились.

– Этого не может быть! – воскликнула Мария, моя соседка по домику.

– Ну вот, все, кто узнают об этом, реагируют точно так же, как и вы сейчас, дорогие, – произнесла Шримати, – я предвижу ваш следующий вопрос, и он наверняка такой: «Как же Вам это удалось?»

– Да, мы действительно, хотели об этом спросить, – произнесла одна из учениц.

– Я всегда дышала свежим воздухом и ела плоды Земли, – вдруг лицо Шримати изменилось, и на нём выразились следы страдания.

– Но было время, когда я очень страдала. Я родилась болезненным ребёнком, моя мать умерла при родах. Меня удочерили хорошие люди, жившие в Тибете, и ведущие довольно скромный образ жизни из-за своей бедности. Да-да! Не удивляйтесь, это было действительно так когда-то, мои дорогие. Они умерли, и я должна была вести борьбу за существование, выживая среди суровых условий природы. Многие лекари говорили, что мне отпущена совсем недолгая жизнь.