Радость блаженства – 3

– Уже поздно, – сказала я и посмотрела на Бессмертного, – Мне нужно возвращаться обратно.

– Да, Шачидеви, – произнёс он, как бы оторвавшись от своих собственных внутренних мыслей, – Храни это ожерелье и помни о том, что у тебя есть твои желания, а Вселенная изобильна.

Мы попрощались с ним на холме недалеко от Храма прощения. В городе всё ещё продолжалось празднество, так как горело множество огней, и слышалась музыка. Люди поздравляли друг друга с Днём Дурги-Деви. Мне не хотелось расставаться с Бессмертным, потому что я не знала, когда мы снова встретимся с ним.

– Когда я увижу Вас, отец Карим? – спросила я.

– Я сам найду тебя, Шачидеви. Никогда не думай, что люди расстаются навсегда, а встречаются лишь по воле Его Величества случая.

– Встречи происходят по воле Сердец? – спросила я и в последний раз посмотрела на Бессмертного, чтобы поймать его улыбку.

– Мудрость уже коснулась твоих уст, дорогая, – произнёс он, – Школа Шамбалы не прошла даром для тебя.

Сказав это, он начал медленно спускаться по ступенькам, прорубленным прямо здесь, в холме, опираясь на свой посох, а я долго глядела ему вслед.

Наконец, он, уже оказавшись довольно далеко от меня, остановился и помахал мне своей рукой. Затем снова продолжил свой путь в Долину Солнца.

– Спасибо, – прошептала я, поглаживая ровные холодные бусины своего ожерелья.

Они уже стали тёплыми от моего тела, словно являлись частью меня самой.

…….

Мне приснились три совсем необычных сна, давших мне многое понять.

– Здесь такое часто происходит, – сказала девушка, выслушав мой рассказ.

– Что ты имеешь в виду, Савитри? – спросила я.

– Иногда Владыки и Учителя преподают нам уроки через наши сны, – произнесла служанка, – Скоро Вы сами привыкнете к этому, госпожа.

Я посмотрела на её красивое лицо и глубокие бездонные чёрные глаза:

– Что, и с тобой происходило подобное?

Она кивнула:

– Да, госпожа.

Мой первый сон

В ту ночь я увидела огромную гору посреди Беспредельного Океана. Гора казалась настолько высокой и неприступной, словно заполонила собой весь мир. И вообще, это был странный, никогда не виданный мною пейзаж. Я была совершенно одна, но удивительно то, что совершенно не видела собственного тела. То есть, был только мой Разум и больше ничего.