Москва – Амдерма – Тикси – Анадырь

Одноэтажное здание больницы располагалось внизу, на берегу лимана. Из города к нему можно было спуститься по длинной деревянной лестнице. Вечерело, мела небольшая позёмка. Наверху уже зажгли огни.

Довольно быстро сбежала по ступенькам и оказалась буквально в двух шагах от приёмного покоя. Тут не было «драконовских» законов, вроде «посещение только до…», поэтому мы спокойно поболтали о том о сём. Пора домой. Вышла на улицу, сделала несколько шагов и обомлела: вокруг меня непроглядная мгла, и я абсолютно не знаю, куда идти… По настоящему разыгралась непогода, и ни больницы, ни лестницы не было и в помине.

Сейчас я стояла, не двигаясь, будто мне, как в детской игре в прятки, завязали глаза.

Вдруг произошло нечто невообразимое. Мне показалось, что чья-то невидимая мощная рука отодвинула снежный вихрь, и вот они, контуры лестницы. Один олимпийский прыжок… Руки сами ухватились за спаси-тельные перила.

Вспомнились страшные рассказы, как многих, кто на минутку в пургу выскакивал из дома, к примеру, вынести мусор, находили неподалёку, но только уже весной.

Однажды я проснулась ночью от завывания ветра. И тут пришла невесть откуда взявшаяся мысль: а что, если кто-то в такую пургу оказался на лимане? До сих пор не могу понять, почему я так подумала, а утром узнала, что с той стороны не вернулся врач, который рискнул пойти домой от больного ледяной дорогой.

Как я здесь оказалась? На краю света, на стыке двух полушарий, двух океанов? Стечение обстоятельств? Да. Но стекались они исключительно в моей голове.

После окончания факультета журналистики ЛГУ, имея уже маленькую дочь, я стала референтом ленинградского отделения Союза журналистов. Работа наша, прямо скажем, была не сложная, а интересной стала благодаря неиссякаемой энергии, опыту, удивительной фантазии непосредственного руководителя нашего небольшого коллектива.

Какие удивительные идеи приходили ему в голову!

Работники редакций радио, телевидения, газет встречались по его инициативе в Доме журналистов с первыми космо-навтами, выезжали в Кронштадт на военные подводные лодки, были в гостях у моряков, у авиаторов. В общем, работа кипела. Вся жизнь Матвея Львовича была связана с радио.