Трубадур

Любая городская окраина встречала путников трактиром.

Первое, к чему стремились уставшие с дороги Купец, Трубадур, беженец, искатель лучшей жизни, – отпраздновать окончание пути яствами и возлияниями настолько обильными, насколько позволяли кошельки странников и запасы трактирщиков. Села и городки первым делом предлагали нехитрую стряпню, кислую брагу, которую гордо именовали элем, и самогон, настоянный на местных травах, чтобы перебить крепкий сивушный дух. Именно здесь, в трактирах, всех гостей делили на своих и чужих, а Трактирщики исправно осведомляли городских или сельских Стражников обо всем увиденном и услышанном.

Желудок напомнил о хлебе и солонине, гортань – о влаге. Все это было давно, еще до наступления сумерек, и всего этого было мало. Трактир, в который упирался накатанный путь, не имел названия. Да и зачем? Названия нужны похожим вещам, чтобы отличать их друг от друга. Если бы в Городе было много трактиров, то этот бы обязательно носил бы какое-нибудь название. Хозяин дал бы ему понятное, незатейливое имя, вроде «У дороги», или «Последнее пристанище», или «Конец пути».

Но давать имена домам было бы безумным излишеством, странной роскошью. Да и читать нынче умели единицы.

Трубадуры облегчали себе работу, делая скудные записи на драгоценной бумаге, в нескольких знаках шифруя содержание целой истории. Лекари помечали на дощечках редкие составы травяных снадобий. Хотя с появлением всемогущих таблеток и мазей прочие снадобья ушли в прошлое. Лекари просто заказывали нужное количество у Почтальонов, а потом распродавали в своих поселках.

Где брали таблетки и мази сами Почтальоны, никто не спрашивал. Но поговаривали, что их производили в Последнем Храме, да и сами Почтальоны весьма походили на Жрецов-Миротворцев, разве что кадуцеев при них не было.

Самые богатые Купцы вели учет товаров в больших пеших караванах. Говорят, что Пионеры составляли на бумаге карты новых территорий и делали надписи, помечая опасности равнины или новые поселения, но Трубадур никогда не видел ни самих Пионеров, ни их мифических карт.

Их время прошло еще в Эпоху Руин. Чтение стало совсем не популярным мастерством. Просто потому, что читать-то было почти нечего, а писать было почти не на чем. И нечем. А дом Трактирщика всегда можно было узнать по широким створкам дверей и запаху пищи. У каждой профессии были свои отличительные признаки.

Суровая жизнь на равнине выдвигала к людям лишь одно требование: умение выживать. Простые люди не читали книг.