Поэтический дневник «Просветление»

Внезапно смолкнет светлый день,

И шаг её – моя лишь тень.

    20.06.89

Краткий миг

Сонет

N.

Как часто провожал я томным взглядом

Осенний лист, упавший с высоты,

И чувствовал: споили сладким ядом

Меня зелёные, багряные черты.

Так, наслаждаясь вечностью красы,

Хотел объять просторы всей Вселенной,

Чтоб описать минуты и часы,

И прелесть этой жизни тленной.

Чего бы я при жизни ни достиг

И сколько бы столетий я ни жил —

Всё это для Вселенной краткий миг,

Но этот миг тобой наполнен был!

Немного нам отпущено Судьбою,

Но больше жизни жизнь я проживу с тобою!

    24.

Кактус

Сонет

N.

В колючих иглах он растёт

И прячет в них зелёный сок,

Пройдут года – он расцветёт,

Когда придёт желанный срок.

Я жду тот срок, я жду тот час

И верю, что в твоих речах

Исчезнут иглы колких фраз,

Исчезнет грусть в твоих очах.

И расцветёт цветок любви

Меж игл, уставших от врагов,

Разбудит страсть в твоей крови,

Смешает звуки наших слов!

Пусть свежий сок твоих ланит

Тебя до срока сохранит!

    26.06.89

Свеча страстей

Сонет

Огонь страстей её сжигает.

Она, как сердце, горяча

И, отдавая тело, тает

Во славу одного луча.

И я одну лишь воспеваю,

Даруя свет живой другим,

И тихо вниз теку и таю,

Но вверх стремлюсь к глазам твоим.

Я так хочу их вновь зажечь

И свой огонь в них отразить,

Хоть тень любви из них извлечь,

И сердце в полночь подарить.

Уходят тени на заре —

Видать, привыкла ты к жаре.

    4.07.89

На закате

Сонет

Любовь уводит нас туда,

Где провожает день закат.

Там пропадает без следа

Условность каменных палат.

Люблю в вечерние часы

В лучах заката отдалённых

Смотреть на блики листьев сонных,

На очи средней полосы.

В них пляшет летняя листва,

В них ветры – тёплый и суровый,

И гнётся гибкая трава,

Во сне краснеет бор сосновый.

В тебе есть всё, что здесь живёт,

Но близость жизни не спасёт.

    6.07.89

Жители Москвы

Сонет

В толпе людской, среди усталых глаз

Я слышу шум моей родной столицы,

В нём замолкали звуки нежных фраз,

И гибли люди, оставались лица.