Время иллюзий. Книга 2

Обсуждать акции с точки зрения теории и практики никто не захотел. В этот раз все расстались по-деловому и быстро.

Как хорошо заканчивать семинар не коротким зимним днем, а летом, в самый его разгар. Вышел на свежий воздух – и наслаждаешься жизнью, нет тебе ни акций, ни долей, но и, конечно, нет и прибыли. Хотя вопрос о дивидендах в процессе акционирования для «простого» человека, как любят у нас называть народ, тоже намертво закрыт. Ну и ладно, нам не привыкать!

– Такую заключительную речь я, пожалуй, от Анатолия Сергеевича никогда не слышала.

– Да, он меня тоже в этот раз удивил своей обстоятельностью. О чем это говорит? – спросила Наталья. Она находилась на «низком старте», чтобы ринуться к дому, но изо всех сил себя сдерживала из-за лихорадочно курившей подруги.

– Получается, для него это архиважный вопрос, – предположила Рита.

– Готовит публику, но пока теоретически, – ответила Наталья.

– А вы обратили внимание на его фразу: «Надо уметь отличать акционерные отношения от зарплатных»? – процитировала Ольга. – Он несколько раз сказал о том, что мы все привыкли на работе получать за каждый шажок, а при акционировании, по его мнению, можно сделать сто шагов и только тогда начать получать. И еще одна фраза: «Есть риск совсем ничего не получить».

– Ага, денежки давайте, а получить их назад – вопрос открытый. Видите ли, риски, и ведь не поспоришь. Молодец! – засмеялась Маргарита. Она мужественно выбросила сигарету, и «будущие акционеры» двинулись к метро.

– А я обратила внимание на самый конец его речи, – пробурчала Наталья. – Сначала он долго рассуждал про акционерность и либеральность, рынок и его великие возможности.

– Про то, что рынок все исправит, я больше слышать не желаю, – заявила ее подруга.

– Повторяют как мантру.

– А я даже в своем любимом блокноте записала то, что акционерный либерализм дает возможность «лепить», это прямо его слово, пресловутый рынок и т. д., в том же духе, про создание великих обстоятельств и условий.

– Мутота, одни слова и рассуждения, – махнула рукой Ольга.

– Так что он, Наташа, собирался сказать?

– Либеральность, а значит, свобода заставляют думать и высказывать бесконечные варианты конкурентности. Вообще заумь.