Легенды нашего края. По зову памяти

Можно, конечно, подозревать, что все происходящее со мной может быть бредом или иллюзией, но как пах пирог! – такой восхитительный запах вряд ли какому фантасту под силу вообразить и передать словами.

– Ну же, пробуйте, – мама распеленала его.

И мы навалились!

– Когда мы в последний раз едали такое? – причмокнул отец, запивая добрый кусок молоком.

– В таком-то составе? – прикинул я. – Лет тридцать примерно или даже больше назад.

– Ни с чем не сравнить.., – промычал отец полным ртом.

– С тобой все хорошо? – спросил я маму, видя, что она не ест и молчит.

– Вспоминаю, когда я последний раз такое пекла.

– У вас вообще-то как с памятью в электромагнитном поле Земли – своя сохранилась или теперь общая на всех? – спросил я родителей.

– Да я тебе уже говорил – пока нас помнят, и мы себя помним.

– А помнишь, как умер ты?

– Подробности неизвестны. Кажется, я был тогда немножечко не в себе.

– Да уж….

– А ты, мать, как умерла – помнишь? – спросил отец.

Ответил я:

– Вы как сговорились – немножечко не в себе… и вечная память.

– Ни о чем мы не договаривались, – ворчливо сказала мама. – Что выпало по судьбе, то и приняли.

Мамин запал хорошего настроения что-то быстро закончился. Я пристально посмотрел на нее, но ее лицо оставалось непроницаемым. По нему абсолютно ничего нельзя было прочитать.

Тогда я спросил:

– О чем ты все думаешь?

– О чем? – переспросила она. – О Люсе, конечно – о чем же еще.

– Хочешь, расскажу, как она живет? Вова теперь у нее не пьет.

Мама пожала плечами:

– Я это знаю все.

– Тогда – что? Главную работу по жизни сделали – потомство на свет произвели. Будут помнить, и будут жить, как вы живете здесь нашей памятью.

Отец, увлекшись пирогом и рыбой, на некоторое время совершенно забыл о нас. Мама подняла голову и строго посмотрела на него:

– Ты как с голодного края!

Не дожидаясь ответа, встала и не спеша пошла, любовно оглядывая грядки огорода.

– Ты чего? – переспросил он.

– Грядки как чисто обихожены, – откликнулась мама издалека.

– А в подполе, наверное, настоечка есть? – это он мне.

– Скажешь – сделаю.

Отец поднялся:

– Ну, я схожу, баночку трехлитровую нацежу – нам на вечер хватит посидеть.

– Куда это он? – спросила мама, вернувшись к столу с пучком батуна.

– За настойкой.