Прасковья

Христина испуганно отскочила от него, увидев кровь, и все замерли. Екатерина Ивановна подлетела к Василию и схватила Парасю себе на руки, крепко прижав её к себе:

– Вася! Вези отца в город, Вася, быстрее!

И засуетились они все, забегали, словно кто-то в их безмолвии сказал что-то страшное, срочное.

Только Екатерина Ивановна стояла, как вкопанная, будто ударил её кто-то в самое сердце, а Николай Васильевич всё кашлял и кашлял, побагровев до самой шеи. Вены на его лице вздулись и глаза налились кровью. Василий подхватил отца под руку, в спешке надел на него тулуп и шапку и вытащил на улицу.

Нюра громко заплакала, Мария прижалась спиной к стене, Александра сморщившись, словно от боли смотрела в черное окно. Христина с Григорием молча сидели у стола, они ещё не понимали, что именно случилось. Но одно знали точно – то, что случилось, плохо.

Парася расплакалась, а Екатерина Ивановна всё сильнее прижимала её к себе, словно кто хотел у неё отнять ребенка. И лишь спустя некоторое время, она отчаянно заплакала, качая Прасковью.

– Что же это? – приговаривала она, – Что же это?!..

Время шло, и утром Василий вернулся с новостью, что отца госпитализировали в закрытую больницу. Ему определили туберкулёз.

Больше они отца не видели. Только изредка, как помнит Нюрка, мать ездила в город и возвращалась, так и не видевши его.

В один из тех мрачных дней Мария быстро дошла до поля, где ждал её Фёдор. Он обнял девушку за плечи, приветствуя её, но она отпрянула от него и обижено наклонила голову.

– Что же ты, Марьюшка?

– Мамка знает, что я хожу к вам. Стыдится меня. И отец захворал, чахотка у него.

– Так как же сватать тебя? – нахмурился Фёдор, поняв укор.

– Мамке всё равно, – вздохнула Мария, – но она дала согласие, только говорит, свадьбы не будет.

– А я согласен и без свадьбы, – Фёдор хлестанул хворостиной по траве, – если отдаст тебя мать, завтра же и приду.

– И приди.

Фёдор оглянулся на неё. Мария была слегка бледной, глаза её ввалились от усталости, губы были белесыми и голос тихий.

– И приду! – пообещал Фёдор и пошел по сельской дороге навстречу председателю, который шёл вдоль поля с каким – то незнакомцем.

Мария глянула ему вслед и пошла прочь. Уж очень ей не хотелось встречаться с председателем колхоза. Она теребила в руках кончик платка и теперь уже думала об одном. Мрачно стало ей в родительском доме, хорошо бы, если бы Фёдор скорее забрал её к себе.

В село спускалась ночь.