Сны

– Куда их? Здесь оставить?

– Оставь, – не оборачиваясь, махнула рукой бабка.

Она сидела как-то неловко, боком на стуле, будто присев на минутку, маленькая, сгорбленная, какая-то высохшая, кроткая. Андрею стало нестерпимо жалко её. Он хотел сказать ей что-нибудь ласковое, но вдохнув пыльного воздуха, неожиданно чихнул…

Андрей, не понимая, повёл глазами. Ветхий домишко исчез, бабка тоже. Перед ним желтела бетонная крашеная стена его комнаты и под носом что-то мокро щекотало.

«С добрым утром!» – сказал себе Андрей, соображая чем бы вытереть нос.

День давно уже не ждал ничьего пробуждения, и занимался своими обычными звучными делами, бесцеремонно напомнив Андрею о том, что бабки нет в живых и что надо бы понимать границу между явью и снами. Андрей поухаживал наконец за своим носом найденной на столе вчерашней обеденной салфеткой и с грустью признал, что бабушки действительно уже нет и не будет. И что Машка с мужем порядочные свинтусы, потому что разрушили до основания большой, двухэтажный дом, который между прочим строили, считай, три семьи – бабушка с дедом и обе дочери с мужьями. Двоюродная сестра Машка тогда была совсем маленькая, а Андрей и вовсе ещё не появился на свет. И жили в этом доме с весны до глубокой осени все вместе, те же три семьи. И никогда ничего не делили. Вместе огород городили, вместе отдыхали. Потом ушёл дед, но заведённый порядок ещё держался. А когда бабки не стало, всё изменилось. И вот тут Машкин муж стал всё чаще заявлять, что дом никуда не годится, мол, ремонтировать его нельзя, а один только вариант есть – сносить его на фиг… И ведь снёс-таки, зараза… Построил какую-то жалкую, ширпотребную коробку. Правда, трёхэтажную, но коробку – скучную и безликую. А тот дом, бабушкин, был достопримечательностью всей округи. Это потом уже, много позже, в начале эпохи оголтелого рабского капитализма, все пошли строить по модным европейским проектам, кто во что горазд. А тогда, большой дом с двускатной крышей до земли, по финскому образцу, был диковинкой. Не без оснований, конечно. Красавец, что и говорить!.. Нет, свинтусы, свинтусы… Да и он, Андрей, тоже хорош – не заступился за дом. Оторвался от родственников, обособился. Дурачок! Думал, самостоятельность нарабатывает! Чушь собачья! Ничего не наработал. И родовое гнездо прошляпил, не сберёг! Естественно, бабка будет сниться! Ей есть на что обижаться!..

«Всё-таки Машке надо бы позвонить, – решил Андрей.