Склерозус вульгарис, или Русский поцелуй

Поэтому звоню утром гостям и осторожно интересуюсь, как оно все было. И все ли гости ушли в целом виде. И так далее.

Поэтому прослыл среди близких знакомых мужчиной культурным, куртуазные обычаи для дам соблюдающим. Что до перепоя, то все близкие считали это серьезной и даже политической недоработкой жены. Сиречь супруги.

Но так как все бывало нечасто, то мои безобразия даже как-то забывались. Или сопровождались рассказом веселого свойства. Например, как я в трусах исполнял лезгинку с лицом грузинской национальности неустановленного места проживания.

Да что говорить, безобразие, да и только.

* * *

Но вернемся к Арнольду.

Прежде всего, заказали. Уже вечерело, но супы по обоюдному согласию исключили. Взяли два салата. Я – свой «Дудляш», а Арик – «Бахор»[8 - «Дудляш» – салат из печеных баклажанов, перца болгарского, томата и чеснока. «Бахор» – свежая капуста, морковь, чесночное масло.]. Затем решили ударить по уйгурской кухне. Хотя, если честно, где эти уйгуры и что за страна – ни я, ни Арик толком не знали.

Но взяли. Я – маззу (баранью печень с жареными яблоками), а Арнольд – жареную телятину с грибами.

Конечно, попросили зеленого чая с эстрагоном. Ну и главное, взяли немного, триста грамм, водки на бруньках. Белоруссия. Продукт должен быть хорошим. К моему удивлению, Арнольд к выпивке отнесся почти равнодушно. А ведь по окончании школы и в институте Арно считался по этой части лучшим бойцом. В смысле выпивки.

Вообще, Арик в вопросах напитков вино-водочных считался профессионалом.

Не даром работал в геологии. Всю Сибирь прошел, проехал, пролетел. А в геологии кто не пьет? Так же как и на наших рыболовных – иногда команда от изумления даже перестает понимать, в каком они океане.

* * *

Ну-с, по первой, за встречу. Конечно, пошел обмен информацией. Где работал, как жил. Тихонько подходим к лихим девяностым.

Смотрю на Арика. С каждой рюмкой он нравится мне все больше и больше. Вот как жизнь разводит. Когда-то мы были почти не разлей вода.

Но годы летят.

Жены. Работа. Опять жены. Дети. И снова жены.

Это я излагаю Арику свой жизненный путь в лихих девяностых. Теперь смешно, сколько сделано ошибок. Сколько денег ушло ментам. А бандюганы? Хорошо, у меня, можно сказать, бандюганы потомственные. Еще в семидесятые я тихонько им передачки продуктовые возил.

– Запомни, Аркан, каждое доброе дело всегда откликается…

Это я уже после третьей рассказываю Арику про бандитов и жен. Иногда, правда, не знаешь, что лучше.