За точкой новостей

»

Задыхаясь – от   азарта  тянет    руку    пусть,

Уговаривая: «Дайте двадцать миллиончиков!» —

Всю ручёнку – брать бы сразу,

брать —

и хрусть,

До трезвония височных колокольчиков.

Или  лирик, не  осилив   рифмы   на   глагол,

Уши  мучает  уже  концертами, заметьте-ка:

Нет ни тропа, нет ни слога.

Он —

душонкой гол,

Он за это – продаёт билетики.

Плюнул бы  в  такую  душу-голый  шнур,

Коротило чтобы!

Лирика

не лирика ни унции

Без отделки, а раздеться за купюркин шум,

Хоть душонкой, но зовётся

«Проституция»!

Люди, революция в искусстве – не когда

До оскомин лижут лишь

словечко

«революция»,

А когда собравшийся подделки продавать

Получает не на руку

А по руцам.

Если всей фанерно-клеенной эстетики дельцы

Не  у  дела, не у денег  оказаться  трусятся!

Революция в искусстве – геноцид

Порождённой жадностью

Безвкусицы.

От самого вредного

С нудной, – с нудной и тянучей скукой

Лучше бы был век, чем четверть века?

Лучше бы на люстре кончить сукой,

Сукой кончить корчить человека!

Я с работы, я – барбос обросший,

Я барбосовых ушей уже под шапкой

Не укрою: не укрою ни обросшей рожи,

Ни обиды обратиться шавкой.

Переулки, переулки, переулки,

По грязи предзимней, – по остывшей

Не дойду до будки, – из под куртки

Прорастёт потёртое хвостище!

Мал салон автобуса, однако:

Цепану плечо плечом – со зла я?

Лают, лают, – скалятся собакой,

Лают, ну а я, – сказать без лаю?

Знаю, ты, толпа – сорвавшаяся свора,

Потому что, – потому что больно бита,

Нет же, – не бросающимся с горя

На собаку, – кулаками быта.

Бита ты, – и я бит и колочен,

Нам за солнце – сонно светят лампы

В съёмной конурёшке – всё короче

Век и всё коростней – пёсьи лапы.

Миски в сопленистом супе, – мысли

Вымылить  верёвку, – вздёрнуть  тушу,

Люди! Люди! С жизнью сучьей – мы ли

Смерть себе сослужим ту же?

Не сживёмся с войнами капризным

Детским сердцем, – не сживём и войн:

Жизнь – война! И дезертир из жизни

Жизни вовсе – вовсе! – не достоин.

Девяностый год

Как звон колокольно-набатовый

Упал,

очертясь,

девяностый год:

«Пора капитал зарабатывать!» —

Сказал острозубый рот.